— А что за эксперименты? — спросил я.

— Этих самых гибридов они и касаются. Это всегда было неоднозначно с точки зрения привычной морали. Понимаете… Они хотели совместить собственную ДНК с человеческой, чтобы получился гибрид, способный существовать как в их четырёхмерном пространстве, так и в нашем. Начинали они безобидно — с бездомных собак.

— Это те светящиеся существа, — перебил я, — что долгое время пугали жителей возле Подков?

— Да. С собаками у них кое-что получилось. Но, как оказалось, не совсем то, чего они ожидали. Во-первых, у́рахи, как мы их называем, обликом явно отличались от своих земных собратьев, а во-вторых, не могли усваивать обычную пищу — им требовался определённый набор психических излучений, служивший им пищевой базой: страх, боль, страдание. Согласитесь, с такими параметрами трудно внедриться в общество и оставаться в нём незаметным.

— Это точно.

— А вам приходилось их видеть?

— Да. В том же восемьдесят третьем. Дважды.

— В таком случае вам повезло, что остались живы и не свихнулись. Обычно спешка — это не то, в чём можно было бы упрекнуть ра́хов. Но в том случае с собаками они явно поторопились. В каком-то смысле этих существ можно даже и пожалеть. Когда они утрачивают свечение и превращаются в самых обычных голодных псов, то дней десять ещё мучаются от голода и жажды. Начинают страшно линять, совершают бессмысленные набеги на домашних животных. Убивают их, но не едят, поскольку пищеварительная система имеется у них только в зачатке. Пытаются сосать кровь, в которой ещё блуждает ужас и страх убитого ими животного. Слышали что-нибудь о чупакабре?

— Нет.

— Существует такая городская легенда в некоторых странах Латинской Америки. Легенда о чупакабре. В дословном переводе — «сосущий коз». Были свидетели, встречавшие подобных тварей. Впрочем, давайте не отвлекаться на у́рахов. Не успев толком довести до конца свои эксперименты с животными, рахи переключились на людей. Все свидетельства похищения инопланетянами, о которых часто можно услышать теперь в газетах, — многое из этого имеет под собой реальное основание. Именно так они и поступали — крали несчастных и мучили в своих лабораториях на границе наших миров. С нашей стороны в правительствах недолго повозмущались, но быстро смирились, получив жирную партию невиданных технологий. В том числе и возможность перемещаться во времени.

— Вот! — воскликнул я. — Можете с этого места поподробнее?

— Вижу, вам об этом что-то известно.

— Только самое основное — то, что касается часов и капсул.

— Точно, — кивнул Козырев, раскочегарил успевшую погаснуть трубку и глубоко затянулся. — Согласитесь, это не могло не заинтересовать наши элиты. А получив доступ к такой игрушке, они чрезвычайно ей увлеклись. Реальная возможность путешествовать в прошлое привлекла не только учёных и политиков, но и состоятельных людей, часто настроенных не на практичную сторону путешествий, а на развлекательную. Спрос рождал предложение. И среди ра́хов стали появляться индивидуумы, готовые пойти навстречу таким желающим. Обычная контрабанда. Банально, но это так.

— А что они хотели взамен? Что им могли дать люди, далёкие от правительства?

— Ну, не такие они и далёкие. Обладая огромным капиталом, трудно остаться в стороне от правительственных структур. Кое-какое, а иногда даже и существенное влияние они могли оказать на политиков.