– Вы пришли сюда кого‑нибудь проведать?

Сильвия вспомнила о Греге, могила которого находилась на другом конце кладбища. Она похоронила его здесь – поближе к дому, а не в Арлингтоне, но с тех пор так никогда и не приходила сюда.

– Нет, я ехала за вами. – Алан взглянул на нее с удивлением. – Ба хотел кое‑что сообщить вам.

Алан лишь пожал плечами.

– Пойдемте.

Глава 18

Алан

– И ты утверждаешь, что этот человек просто прикоснулся к тебе?

Ба кивнул.

Алан расположился на заднем сиденье машины рядом с Сильвией. Он впервые находился в салоне ее «грэхэма» и любовался его внутренней отделкой. Ба сидел вполоборота впереди. Машина все еще стояла на одной из тропинок кладбища. Ба рассказывал им о том, как будучи подростком он неестественно быстро рос и его мать опасалась за то, что он вырастет чересчур высоким для того, чтобы жить среди людей. Когда в их деревню пришел человек, обладавший целительной силой, которую Ба называл Дат‑тай‑вао, мать взяла сына за руку и привела к нему в надежде на исцеление.

– Что ты почувствовал, когда этот человек прикоснулся к тебе? – спросил Алан, с трудом сдерживая возбуждение.

Его интересовала не фольклорно‑мистическая сторона рассказа, а то, что этот рассказ являлся еще одним доказательством существования чудесной силы.

– Я почувствовал боль в глубине черепа и чуть не упал в обморок. Но после этого я перестал расти.

– Этот рассказ еще раз подтверждает то, что тут существует связь с Вьетнамом.

– Что еще за связь с Вьетнамом? – заинтересовалась Сильвия.

Алан решил, что лучше всего будет, если он начнет с самого начала. И он поведал Сильвии об Уолтере Эрскине – том самом бродяге, – а также о том, что произошло в приемном покое.

– Вскоре после этого случая начались исцеления. Я убежден, что этот бродяга каким‑то образом передал мне свою исцеляющую силу, но каким – я не знаю. Я попросил своего адвоката Тони де Марко разузнать о прошлом Эрскина. Тони узнал, что в свое время он работал врачом во Вьетнаме и вернулся домой чокнутым: верил, что может излечивать людей. Ему был поставлен диагноз – параноидная шизофрения. Он выступал на ярмарках в южных штатах в качестве знахаря‑целителя, но потом его прогнали оттуда, потому что он так никого и не вылечил, и, кроме того, никогда не был трезв.

– Алкоголь убивает Дат‑тай‑вао, – сказал Ба. Алан подумал, что, может быть, именно поэтому Эрскин и стал алкоголиком, пытаясь приглушить в себе таинственную силу.

– По‑видимому в течение нескольких лет он жил в Бауэри, а затем по какой‑то причине переехал в Монро и, разыскав меня, разрядил в мое тело нечто вроде электрического импульса и в тоже мгновение умер. Таким образом передается от человека к человеку Дат‑тай‑вао?

– Простите, доктор, – ответил Ба, – мне неизвестны подробности. Поговаривали, что сам Будда принес Дат‑тай‑вао в нашу страну.

– Но почему он выбрал именно меня? – Алан хотел во что бы то ни стало получить ответ на этот вопрос.

– Не могу сказать, доктор. Но, как говорится в песне, – она сама ищет и находит того, кто прикасается, кто снимает боли и болезни.

– Ищет? – Алану стало не по себе при мысли о том, что некая сила искала его. В памяти его всплыли слова того бродяги: «Ты тот, кто нужен». – Но почему сила выбрала именно меня?

– Вы целитель, доктор. Дат‑тай‑вао знает всех целителей, – уверенно ответил Ба.

Алан видел, что Сильвия напугана.

– У тебя при себе текст легенды, Ба? – спросила она. Вьетнамец вручил ей сложенный вдвое листок бумаги, и Сильвия передала его Алану.