Покои Бланки находились в той же северной башне, только на верхнем уровне, рядом с покоями Маргариты, Елены и Жоанны. У ее двери паж остановился, ожидая дальнейших распоряжений.

    -  Ступай, - сказал ему Филипп. - Ты свободен.

    -  Э нет, любезный! - сразу всполошилась Бланка. - Постой. Ты должен проводить господина принца.

    -  Это излишне, - возразил Филипп. - Я сам найду дорогу. Ступай, парень.

    -  Нет, постой!

    -  Можешь идти, я сказал.

    -  А я говорю: постой!

    Паж не двигался с места и лишь одурело таращился на препиравшихся господ.

    -  Так мне можно идти или еще подождать? - наконец не выдержал он.

    -  Ступай, - ответил Филипп, а после очередного «Нет, постой!» Бланки, быстро повернулся к ней: - А как же насчет того, чтобы посидеть вместе, поболтать?

    -  У меня не то настроение, Филипп.

    -  Так будет то. Я мигом подниму ваше настроение.

    Бланка отрицательно покачала головой.

    -  Об этом и речи быть не может. Пожалуйста, уходите.

    Филипп изобразил на своем лице выражение глубочайшего замешательства.

    -  Ах да, понимаю, понимаю. И прошу простить мою недогадливость.

    Бланка недоуменно взглянула на него, подозревая какой-то подвох:

    -  О чем вы? Я не…

    -  Ну все, замнем это дело. Ееще раз прошу простить меня. Примите во внимание, что сегодня я перебрал. Я спьяну увязался за вами, не сообразив, что вы всего лишь хотели отлучиться на пару минут. Конечно, я подожду вас здесь.

    Щеки Бланки вспыхнули густым румянцем. Она рывком распахнула дверь и гневно выкрикнула:

    -  Ну, проходите! И будьте вы прокляты…

    С самодовольной ухмылкой Филипп отвесил ей шутливый поклон.

    -  Только после вас, сударыня.

    Они пересекли узкую переднюю и вошли в небольшую уютную комнату, обставленную, как будуар. Несмотря на то, что Бланка провела в своих новых покоях всего лишь одну ночь, они чувствовались обжитыми и уже пахли своей хозяйкой - в воздухе витал тонкий аромат жасмина и еще чего-то невыразимо приятного, чем всегда пахло от Бланки и от всех ее личных вещей.

    Дверь, ведущая в соседнюю комнату, отворилась и в образовавшуюся щель просунулась голова горничной. Увидев свою госпожу с мужчиной, она мгновенно исчезла.

    Бланка расположилась на диванчике в углу комнаты и жестом указала Филиппу на стоявшее рядом кресло. Филипп машинально сел, не сводя с нее восхищенного взгляда. Он любовался ее изящными, грациозными движениями, живой мимикой ее лица, тем, как она усаживается и сидит, - он любовался ею всей. Бланка была одета в изумительное платье из великолепной золотой парчи, которое удачно подчеркивало ее естественную привлекательность, превращая ее из просто хорошенькой в красавицу. Филипп почувствовал, что начинает терять остатки трезвости.

    -  Здорово я сыграл на вашей деликатности, не правда ли? - лукаво улыбаясь, сказал он. - Между прочим, вы знаете, как называет вас Маргарита? Стыдливой до неприличия, вот как. И она совершенно права. Порой вы со своей неуместной стеснительностью сами ставите себя в неловкое положение. Это ваше уязвимое место, и я буду не я, если не найду здесь какой-нибудь лазейки в вашу спальню.