-  И опять же я выразился фигурально. Я…

    -  Ну, и как вы находите свое солнышко? - не унималась Маргарита. - Скажите откровенно, вы не разочарованы?

    -  Напротив. Оно стало еще ярче, ослепительнее. Оно сжигает мое сердце дотла.

    -  Однако вы еще не предложили этому солнышку свою мужественную руку и свое горящее сердце.

    -  А я уже предлагал. В прошлом году. Солнышко ясное помнит, что оно мне ответило?

    Опустив глаза, Маргарита промолчала. Щеки ее заалели.

    -  Вы прислали мне, - после короткой паузы продолжал Тибальд, - большущие оленьи рога, чтобы - как было сказано в сопроводительном письме - немного утешить меня, поскольку настоящие, мужские, наставить мне отказываетесь. Было такое?

    -  Да, - в смятении подтвердила она. - Так я и сделала.

    -  Это была не очень остроумная шутка. Но язвительная. - Тибальд пришпорил коня. - В моей охотничьей коллекции хватает оленьих голов с рогами, - бросил он уже через плечо, - и мне ни к чему еще одна пара, даже подаренная вами.

    Маргарита также ускорила шаг своей лошади и поравнялась с Тибальдом.

    -  Не принимайте это близко к сердцу, граф. Я признаю, что тогда переборщила, мне очень стыдно, и… и хватит об этом. Лучше поговорим о чем-то другом. Например, о нашей влюбленной парочке, о Бланке и Красавчике.

    -  Сударыня! Опять вы…

    -  Да нет же, нет! Ни слова об укусах и прочих пикантных штучках. Поговорим о романтической стороне их отношений.

    -  Романтической? - скептически переспросил Тибальд.

    -  Ну, конечно! Бланка до крайности романтическая особа, да и Красавчик не промах. А я была бы не прочь посмотреть, как они занимаются любовью на лоне природы.

    -  Принцесса! - возмущенно воскликнул Тибальд. - Извольте прекратить…

    -  Нет уж, это вы извольте прекратить строить из себя святошу, - огрызнулась Маргарита. - Лицемер несчастный! Будто бы я не читала ваши «Рассказы старой сводницы», в которых вы бессовестно подражаете Бокаччо.

    Тибальд покраснел.

    -  Это… знаете ли… - пристыжено пробормотал он. - У каждого есть свои грехи молодости. Десять лет назад - тогда мне было шестнадцать, - и я…

    -  Тогда вы лишь недавно потеряли невинность, но сразу возомнили себя великим сердцеедом и большим знатоком женщин. Я угадала?

    -  Ну, в общем, да.

    -  Так почему бы вам не переписать эти рассказы с учетом накопленного опыта. И добавить к ним новеллу про Красавчика с Бланкой - если хотите, ее мы напишем вместе.

    -  Гм. В таком случае, у нас выйдет не новелла, а поэма.

    -  Тем лучше. И на каком языке мы будем ее слагать - на галльском или французском? Но предупреждаю: французский я знаю плохо.

    Тибальд хмыкнул:

    -  А разве есть такой язык?

    -  А разве нет? - удивилась Маргарита.

    -  Конечно, нет. То, что вы называете французским, на самом деле франсийский - на нем говорит Иль-де-Франс, Турень, Блуа и Западная Шампань. В разных областях Франции разговаривают на очень разных языках - анжуйском, бургундском, нормандском, бретонском, лотарингском, фламандском…

    -  Ой! - с притворным ужасом вскричала Маргарита.