-  То есть, франсийский? Но, увы, он явно не дотягивает до уровня общефранцузского языка.

    -  А какой же дотягивает?

    -  Никакой.

    -  Да ну! - покачала головой Маргарита. - И что же с вами, бедными французами, станется?

    -  Ясно что. Когда-нибудь все французы станут галлами.

    Маргарита удивленно подняла бровь:

    -  Вы тоже так думаете?

    -  А почему «тоже»?

    -  Потому что так считает Красавчик. По его мнению, Франция и Галлия должны быть и непременно станут единой державой - как это было когда-то в древности.

    Тибальд кивнул:

    -  Тут он совершенно прав. И не суть важно, как будет называться это объединенное государство - Великой Францией или Великой Галлией, кто выиграет в объединительном споре - Париж или Тулуза…

    -  А вы как думаете?

    -  По-моему, Париж проиграет. Как ни парадоксально это звучит, но галлам повезло, что более трехсот лет в новое время они находились под властью Рима. Не говоря уж о положительном культурном влиянии Италии, жесткая, централизованная власть римской короны заставила галлов сплотиться в борьбе против господства чужеземцев. За три с половиной столетия в составе Римской Империи, они стали единым народом даже в большей степени, чем сами итальянцы. Вся галльская знать разговаривает на одном языке - лангедокском или, если хотите, галльском, а различия между говорами простонародья далеко не такие значительные, как у нас во Франции. Единственное, чего не хватает Галлии для ее успешной экспансии на север, это сильной королевской власти.

    -  Таковая вскоре появится, - со вздохом ответила Маргарита. - Ладно, оставим это. Вернемся к Бланке с Красавчикм и к нашей поэме о них. Вы, кстати, не передумали?

    -  Если вы настаиваете…

    -  Я лишь предлагаю вам свою помощь, - уточнила принцесса. - У вас богатый мужской опыт, у меня - женский. Итак, мы будем писать нашу поэму на галльском языке…

    -  Лучше на латыни.

    -  На латыни? Но тогда у нас получится скорее научный трактат, а не поэма. «De amoris natura et de amore in natura». [10] Каково?

    Вместо ответа Тибальд резко осадил своего коня.

    -  Нет. Название неправильное.

    -  Вам не нравится? - спросила Маргарита, также остановившись.

    -  В общих чертах нравится. Но его следует уточнить: «De Margaritae amoris natura et de eicum amore in natura». [11]

    -  Как это понимать, граф?!

    -  А вот так! - Тибальд спешился, подошел к Маргарите и протянул ей руку. - Давайте я помогу вам сойти с коня.

    -  Зачем?

    -  Чтобы немедленно приступить к работе над трактатом. Заодно проверим - может быть, и у вас непорядок с чулками.

    -  Ага! Значит, вы набиваетесь?

    -  А как набиваюсь, так что?

    Маргарита весело фыркнула и ловко соскочила с седла прямо в объятия Тибальда. Их губы сомкнулись в страстном поцелуе.

    -  А ты хорошо целуешься, - сказала она, переведя дыхание.

    -  Вы тоже не промах, - поделился своим впечатлением Тибальд.