– Это никуда не годится, – повторял Публиус в двадцатый раз, карабкаясь на носилки. Бедные носильщики еле удержались на ногах, чтобы не упасть под его тяжелым весом. – Женщинам гарема негоже оставаться без защиты хозяина.

– Но мы под защитой хозяина, ведь ты с нами, – Валдис пыталась его успокоить. Они с Ландиной сидели рядом с Публиусом в раскачивающихся носилках, закутанные в скромные бурки, которые скрывали их с ног до головы от любопытных глаз. – Ведь и раньше были такие случаи. Разве не ты сопровождал Ранию, главную жену, в ее поездке с хозяином на ипподром? Благодаря твоей заботе она вернулась домой в целости и сохранности, и все приличия были соблюдены.

Мохаммед и его свита были гостями племянника императора Лео в его тщательно охраняемой ложе во время гонок колесниц. Валдис смогла выудить эту информацию у евнуха и теперь использовала ее в собственных целях. Она всячески пыталась показать Дамиану, что занята сбором информации и что устранение Эрика от службы ее нисколько не беспокоит. Чем меньше Дамиан знал о ее настоящих чувствах, тем лучше.

Доставив удовольствие Мохаммеду с помощью благоприятного предсказания, Валдис решила воспользоваться удачным выходом из гарема главной жены, чтобы попросить о том же для себя и Ландины. Ландина была последовательницей Христа, объяснила Валдис, и хотела помолиться в соборе Святой Софии о зачатии сына. Мохаммед не мог не внять подобной просьбе. Какому мужчине не хотелось иметь как можно больше сыновей?

– А ты, мой оракул, – спросил ее Мохаммед. – Что ты будешь искать у христианского бога?

– Просветления, – спокойно ответила она. – Искусство сейдра открыто новому знанию. Ведь само название Святой Софии, собора святой мудрости, предполагает, что именно там надо искать откровения. Я ищу мудрость там, где она может быть найдена, чтобы лучше служить своему хозяину.

В конце концов, было решено, что обе женщины пойдут вместе под надзором Публиуса. Чтобы Валдис и Ландина не могли убежать, около всех дверей собора на стражу встанут восемь носильщиков. Никто из преданных мусульман не пожелал загрязнять себя вступлением в храм, посвященный восхвалению другого божества, помимо милосердного Аллаха.

У Валдис захватило дух, когда они приблизились к базилике. Здание было таким огромным, что наводило трепет. В середине храма располагался большой полый купол, к которому со всех сторон прилегали несколько полукуполов и четыре шпиля, пронизывающих серое небо. Собор был похож на муравейник, у его многочисленных дверей сновало множество народу.

Даже если Эрик там, как она найдет его в этой толчее? Его последнее руническое послание выглядело таким загадочным.

«В день Тора, Святая София, Северная галерея».

Хотя Эрик покинул дом Мохаммеда, Валдис постоянно находила рунические послания, вырезанные на дереве, рядом с каменной скамьей во дворе. Эрик попросил нового варяга, который занял его место, играть роль посредника.

Сидящая, рядом с Валдис Ландина ерзала на месте от беспокойства. Она надеялась увидеться в соборе со своим любимым Бернардом. Эрик сумел найти его в Ксеноне, где проживало много иностранных гостей города, и Ландина была уверена, что Бернард не побоится прийти.

– Запомните, – предупредил их Публиус, – не задерживайтесь слишком долго. Выразите необходимое почтение христианскому богу и возвращайтесь как можно скорее. Что-то мне не нравится небо, – он вытянул ладонь, пытаясь определить, не идет ли дождь. – Возможно, было бы лучше повернуть назад.

– Нет-нет, – возразила Валдис. Если в этот раз все пройдет гладко, она сможет часто отпрашиваться на поездки в собор. Даже мимолетная встреча с Эриком даст ей силы продолжать дальше борьбу за свободу.