Жека рассматривал фотографию и так, и этак. Спросил:

– Шакин его опознал?

– А твое какое собачье дело знать, опознал он его или нет? Ты не бойся, Жека. Нечего теперь тебе бояться.

– А я и не боюсь. Этот мужик и купил паспорт Шакина.

– Благодарить не благодарю: не за что. – Смирнов поднялся с подоконника. – А совет дам: аккуратнее будь, Жека. Без надобности в дерьмо не лезь.

Было желание у Жеки ответить, но не ответил. Не простившись, Смирнов стал спускаться по лестнице.

На стоянке Смирнов забрался в "Ниву". Жарковато было, но куртку не снимешь – положение обязывало: дура под мышкой. Раскрутил все окна и поехал в Москву.

У Рижского вокзала сделал разворот к рынку, с трудом пристроился на стоянке и пошел гулять по выставке-продаже плодов индивидуальной трудовой деятельности. Штаны, рубашки, леденцы, наклейки, значки, зимние шапки, детское исподнее, майки с надписями на иностранном языке, съедобная вата, бижутерия, игрушки, хрустящие трубочки с кремом… Задорно кричат, смеются, уговаривают друг друга. Забавно, весело, свободно. Хочешь покупай, а хочешь – не покупай. Хоть здесь право выбора.

Смирнов искал целенаправленно. Он подходил только к торговавшим штанами и задушевно задавал как бы интимный вопрос:

– А Веня где?

Первые трое опрошенных тупо и однообразно отвечали вопросом на вопрос:

– А кто такой Веня?

И только у самого роскошного прилавка с богатым ассортиментом "вареных" джинсов на любой вкус элегантный услужливый молодой человек откликнулся соответствующе:

– Был, был здесь. Но уехал минут сорок назад.

– А куда он уехал, не подскажете? Я – его старый знакомый, он мне очень нужен.

– Наш Веня нужен всем, – мягко улыбнулся молодой человек и уже серьезно: – Он поехал в наш цех за товаром. В ближайшие полчаса должен быть.

Молодого человека отвлек покупатель. Молодой человек еще раз извинительно – улыбнулся Смирнову и занялся делом, а Смирнов продолжил прогулку по рынку – на полчаса. Такое уж сыскное дело – ждать, всегда ждать.

Еще недавно король московского подпольного джинсового самопала, а ныне солидный кооператор Вениамин Беленький обрадовался Смирнову, как отцу родному:

– А я-то голову ломаю: кто это меня ищет? А это Александр Иванович собственной персоной! – Веня распростер руки как бы для объятия, но Смирнов обниматься не стал, просто пожал Венину правую. Веня оценил смирновский жест и, слегка обняв его левой за плечи, осведомился доверительно: – Чем могу быть полезен?

– Пошептаться надо, Веня.

– А почему же не пошептаться? Еще как пошепчемся! – возликовал Веня, и они отправились погулять по Крестовскому мосту.

Дураков переходить мост пешком, естественно, почти не было. Они прогуливались в одиночестве, поглядывая вниз на постукивавшие на медленном ходу электрички.

– Процветаешь? – поинтересовался Смирнов.

– Живу, Александр Иванович, – поправил его Веня. – Не прячусь, не ловчу, работаю и живу!

– Ты, понятное дело, в порядке. А Лешка Борзов как?

– Значит, вам Леша нужен, – все понял догадливый Веня. – Леша-то как? Присматривается пока. К настоящему делу еще не приступил, так, иногда комбинирует по привычке.

– Где мне его найти?

– Прямо не знаю, что и сказать…

– Ты не опасайся, Веня, свидание со мной ему во вред не будет.

– Да я понимаю, Александр Иванович, если бы во вред, вы бы его без моей помощи искали… Просто он мелькает. То в Москве, то в своем городке распрекрасном.

– В Москве у него постоянное место жительства имеется?

– Да пока вроде нет.