Но Брэндону это радости не доставило. Напротив. Судя по выражению его лица, он рассердился.

– Леди Уэстфорт, вы скажете моему брату, что он вас не интересует и между вами все кончено. В обмен на это я заплачу вам солидную сумму. Это обычная сделка, такие заключаются ежедневно.

– О, я не смогу этого сделать.

– Почему?

– Потому что меня оскорбили.

Он поднял брови:

– И?

Она наклонилась вперед и мягко произнесла:

– Когда я чувствую себя оскорбленной, я делаюсь вздорной. И не могу ни с чем согласиться. Вы же хотите, чтобы я согласилась на ваше предложение, не правда ли?

Он смог лишь коротко кивнуть, хотя было ясно, что едва сдерживает злость.

Она блаженно улыбнулась:

– Великолепно! Нам обоим может помочь, если вы объясните, что имели в виду, говоря «женщина, как вы». Возможно, я неверно истолковала ваши слова.

Он откинулся в кресле, наблюдая за ней из-под полуприкрытых век.

– Жаждете наказания, да?

– Хочу знать правду.

– Прекрасно. Вы сами попросили. Сколько вам лет?

– Сколько мне... Но какое это имеет отношение к делу?

– Тогда позвольте я угадаю. – Он поджал губы. – Я дал бы вам... тридцать...

– Двадцать шесть, – отрезала она. Интересно, зачем ему это знать? Вопрос сугубо личный.

Он улыбнулся – на этот раз искренне, от чего в уголках глаз собрались морщинки и на одной щеке заиграла очаровательная ямочка. Куда девались его жестокость и непреклонность?

Несмотря на раздражение, Верена поймала себя на том, что улыбается в ответ. Ее губы изогнулись, она едва сдержала смех.

– Надеюсь, теперь вы удовлетворены. Не понимаю только, что из этого следует.

– Только то, что вы старше Чейза почти на два года.

– А что такое два года? Осмелюсь заметить, есть много удачных браков, когда разница в возрасте между супругами более значительна.

– Вы также гораздо опытнее его.

Она весьма неэлегантно фыркнула и осеклась. Проведя с братом последние два дня, забыла о манерах. Верена приложила ко рту пальцы и деликатно кашлянула.

– Не могу с вами согласиться.

Он снова вскинул брови, в синих глазах искрился смех.

– Леди Уэстфорт, вы состоите из одних противоречий.

– Это тоже ваше возражение?

– Нет, – медленно проговорил он, сам удивившись своему открытию. – Всего лишь наблюдение.

Верене не понравился откровенно интимный взгляд, устремленный на нее Брэндоном.

– Мы не закончили составление списка ваших возражений против моей кандидатуры.

– По-моему, я сказал достаточно.

– Вполне возможно. Но с другой стороны, я не изнеженная барышня, которая желает слышать только приятные слова и фальшивые комплименты. Предпочитаю знать, какие трудности ждут меня, чтобы справиться с ними.

– Вы упрямая.

– Скорее «откровенная».

Его губы дрогнули, но он не улыбнулся.

– Тогда я продолжу. Помимо вашего возраста существует еще и ваша репутация.

– Репутация может быть обманчива. Вас считают человеком светским и утонченным. Так сказать, джентльменом. Однако сейчас вы ведете себя грубо и по-хамски, словно сельский сквайр.

Брэндон едва не дернулся при этих словах. Он понимал, что ведет себя грубо, но не знал, как достичь цели без некоторой доли оскорбительных высказываний.