— Кстати, об этом… Ты хотя бы догадываешься, кто был ее спонсором?

— Ну как… Разве вывод не логичен? Тот, кому это было выгодно.

Об этом Ян давно уже думал. Компанию Витько сразу же перехватила китайская корпорация, которая добивалась этой сделки очень давно. Но пока он не мог понять, как с китайцами связана Арсения. Если бы Лена видела ее спонсора, стало бы проще.

— Она тебе какие-нибудь имена сообщала?

— Никогда, — покачала головой Лена. — Да и заметно было, что ей обязательно нужно это скрыть… Только пару раз, еще когда мы обговаривали условия, она кому-то звонила.

— На каком языке они общались?

— На английском в основном. Иногда она переходила на русский, потом спохватывалась и снова переключалась на английский. Мне показалось, что тот, с кем она говорила, и русский понимал, но она хотела скрыть от меня переговоры. Напрасно, конечно… Кто в наши дни английский не знает?

— Действительно, все как родной, — усмехнулся Ян. — Кроме той слежки, которую ты заметила в последнее время, что-нибудь было? За эти три года или вот недавно кто-нибудь пытался обсудить с тобой дело фармацевтической компании?

— Нет, кажется, ничего такого не было…

— А когда именно началось преследование?

— Не помню… Вроде бы… Нет, не помню. Зачем идти так быстро? Можно помедленней?

Все это время Ян шагал на одной и той же скорости, но Лена действительно начала отставать от него. Она двигалась без прежней уверенности, обхватив себя руками, и Яну показалось, что она дрожит. Знал ведь, что прогулка в парке — это дурацкая идея…

— Хочешь, зайдем куда-нибудь? — предложил Ян. — Или, может, домой тебя отвезти? Я на машине.

Ответить ему Лена уже не смогла. Она странно дернулась, зажала рот обеими руками, уронив при этом термос, и рванулась к газону. Она едва успела добежать — ее вырвало на снег, согнуло пополам, и она, даже когда все закончилось, не могла отдышаться. Ян надеялся, что ей станет легче, но это было только начало.

Лена сделала несколько шагов в сторону, даже попыталась виновато улыбнуться, а в следующую секунду на ее лице отразился страх, смешанный с удивлением. Что-то происходило — то, чего она не ожидала и на что не могла повлиять. Она успела бросить быстрый взгляд на Яна, а потом ее глаза закатились, и она повалилась на обледеневшую дорожку.

— «Скорую» вызывайте, быстро! — крикнул Ян оказавшимся поблизости студенткам.

Сам он бросился к Лене, попытался привести ее в себя, но напрасно. То, что он наблюдал, больше всего напоминало приступ эпилепсии: девушку трясло, на губах собиралась густая пена. Яну удалось лишь сдвинуть Лену так, чтобы она лежала на боку, и чуть приоткрыть ей рот. Но что делать дальше — он не знал, он вообще не представлял, что происходит.

К счастью, студентки не подвели. Он опасался, что девицы испугаются и сбегут, а они вызвали «Скорую» и даже проводили врачей до нужной аллеи. Ян не желал оставлять свою спутницу в таком состоянии, он собирался сопровождать ее до больницы и чуть не забыл про термос. Но вспомнил вовремя — сейчас то, что совсем недавно было безделушкой, могло оказаться уликой.

До больницы Лена все-таки добралась — и отправилась прямиком в реанимацию. Ян прекрасно понимал, что никто его туда не пустит. Он попросил врачей связаться с ним, когда что-нибудь прояснится, а сам поехал передавать экспертам термос.

Интуиция его не подвела: Лену действительно отравили. Расчет был верным, ей не полагалось пережить эту ночь, и спасло ее лишь то, что она согласилась на встречу.