— Вы слишком драматизируете, ваше высочество, — улыбнулся Штелин. — У вас, надо сказать, очень богатое воображение.

— Да, мне об этом часто говорили. Но такая опасность все существует, вы должны это признать.

— Ваше высочество, Киль находится не за океаном, наше путешествие не продлится настолько долго, чтобы случилось все то, о чем вы сейчас рассказали. Даже цинге, чтобы убить человека, нужно время.

— Мне бы вашу уверенность, Яков Яковлевич. В любом случае, лучше перебд… черт, — я вдохнул и быстро подобрал другое слово. — Лучше перестраховаться, чем потом локти кусать, из-за того, что ничего не сделал.

— Как знаете, ваше высочество. Встречайтесь с бывшим лейб-медиком, если это вас успокоит. Только, что вы хотите от него добиться? Лекарства от этой напасти нет.

— Лекарства нет от оспы, — я поднял вверх указательный палец. — А от всего остального при желании можно найти, если не панацею, то что-нибудь, что облегчит симптомы.

— Могу лишь пожелать вам удачи, ваше высочество, — Штелин снова улыбнулся. — Мне остаться при вашей встречи с господином лейб-медиком?

— Нет, в этом нет необходимости, — я встал из-за стола, который заменял мне ученическую парту. — Я вас оставлю, Яков Яковлевич, надо уже приучать окружающих, да и самого себя, что все встречи я буду проводить в кабинете. Нечего посторонним по моим покоям болтаться. — Быстро выйдя из комнаты, оставляя Штелина и не давая ему опомниться и остановить меня, я направился в свой кабинет.

В кабинете я застал Турка, который в это время вытирал пыль с полок. Вид у него был при этом, мягко говоря, недовольный.

— Почему я этим занимаюсь? — зло спросил он, поворачиваясь ко мне, потрясая при этом тряпкой.

— Потому что не хочешь уходить, все просто, — пройдя мимо него, я сел за стол. — Совсем забыл спросить у Ушакова, он привлекает тебя к созданию клуба для особо избранных особ?

— Я учу шельмовать в карты трех его человек. Нужно же не просто вытащить туза незаметно, но и убедиться, что у твоего соперника нет и одного.

— Зачем ему это? — я примерно догадывался, зачем, но мне хотелось убедиться.

— Чтобы клуб начал зарабатывать, конечно, — пожал плечами Турок. — Без денег он долго не продержится. Да и плюс долги членов клуба, непосредственно клубу… Вы представляете, что можно со всем этим делать?

— Представляю, — каюсь, про то, что Ушаков решил на этом подзаработать, я как-то не подумал. — Вот уж действительно: хочешь выиграть у казино, купи себе казино. Ну, или создай с нуля, как в нашем случае.

— Что? — Турок удивленно посмотрел на меня.

— Ничего, сделай вид, что тебе послышалось, — он скептически хмыкнул, и отвернулся, продолжая протирать полку. Я же помассировал переносицу. — У меня вообще все чаще и чаще возникает мысль, что я невольно пустил козла в огород, слишком уж большим энтузиазмом он фонтанирует, когда речь заходит о клубе. Все свободное время проводит в здании, наблюдает за перестройкой, уже даже устав набросал.

— Андрею Ивановичу точно нравится идея, а вот мне не нравится пыль вытирать и полы драить, — выдал Турок.

— Не наглей, — одернул я его. — Просто вбей себе в башку, что я не каждого пущу сюда, пыль с моих бумаг вытирать. Криббе этим точно заниматься не будет, так же, как и Федотов. А у тех немногих, кому я, кроме них, доверяю, полно своей работы. Вот и остаешься ты. Не то, чтобы я тебе доверял, но и слишком большого недоверия не испытываю. Так что не ной, и маши тряпкой интенсивнее.

— Я… — Турок внезапно осекся, а его голос сорвался. Прокашлявшись, он ответил. — В тех дневниках было что-то интересное?

— Не особо, — я поморщился.