Контуженный злорадно смеялся, расхаживая перед нами с револьвером. Казалось, он получал удовольствие от ситуации.

— Я вас ненавижу и презираю. Вы ни хера мне не нравитесь, но я сделаю так, чтобы к концу учебки мне было не стыдно за то, что это я вас готовил. Добро пожаловать в ад, черти, я сделаю из вас настоящих демонов войны, молящих лишь о том, чтобы наконец отправиться в битву. Встать!

Я нервно сглотнул, поднимаясь и наблюдая, как он достает из кармана патроны, извлекает стреляную гильзу и заряжает полный барабан…

Глава 2

Первые впечатления

"Голодный солдат думает не о том,

как ему убить врага, а о том, как ему

набить свой пустой желудок"

[Гвардии Сержант Контуженный]

Третий день Белой луны. 13:20.

Столовая рядового и сержантского состава.

Прием пищи — это законный отдых и моральная разрядка любого солдата. Особенно если это обед, поскольку именно после обеда можно на полчаса забыть о всех заморочках и позволить себе попускать слюни, попросту пялясь в небо и разгадывая тайну Пробоины.

Тем более, что в местной столовой кормили очень даже порядочно. Шутка ли, я впервые за полгода увидел в армии котлеты, где есть мясо. А уж какой тут компот.

Жаль только, поварихи старые… Впрочем, оно и к лучшему. Лучше потом в город отпроситься и посетить бордель.

А уж если в Гвардии стану Подлунным, то — ух! — все городские девки дадут, да еще и доплатят сверху.

— Смотрите, Грозный, — тихо усмехнулся старожил, с которым нам посчастливилось сидеть за столом на обеде.

Глянув в сторону, куда кивнул более опытный гвардеец, я увидел нашего сержанта-инструктора.

Контуженный выделялся среди остальных тем, что носил темно-зеленый берет, выбивающийся из привычного строевого вида фуражек, шлемов и шляп, чем обычно покрывали головы остальные вояки.

И ведь ему это прощалось. Не говоря уже о том, что он был на короткой ноге со всем командованием учебки… На о-о-очень короткой ноге.

Начальник штаба лично приходил посмотреть, как Контуженный нас по плацу гонял. И ладно бы мы изучали строевые стойки, ну или там приемы боя… Так нет же, практически все три часа мы только и делали, что падали, перекатывались в сторону и переползали.

С тем же успехом мы могли не мучиться, получая в комнате хранения оружия винтовки, а просто взять метлы. Один хрен мы этот плац своей формой подмели, а ведь я свою только недавно обновил.

— А почему Грозный? — поинтересовался один из нас.

Такой же, как я, зевака-новичок. Кажется, он был с соседнего отделения.

Что радовало, на приемах пищи у нас была некая свобода. Командиры просто давали нам волю с часу до двух, чтоб мы успели пообедать. Семейные ходили домой, а такие как я, в столовую.

— Потому что род у него такой, — ухмыльнулся старожил, — Мы с пацанами, когда перевелись сюда полгода назад, решили узнать, что за перец такой. И все, что накопали, это то, что фамилия у него — Грозный. И что он — маг-утренник. Черт его знает, как он в линейных подразделениях оказался, вроде как в каком-то там спецназе гонял.

— Да из сыска он, — усмехнулся еще один собеседник, подсевший рядом на свободный стул, — Повадки у него сысковые. Полюбэ всяких шпионов и бандитов по лесам и горам вылавливал.

Второй с прищуром оглядел нас, словно жалея, но при этом во взгляде читалось веселье.