Батарея полевой артиллерии отрабатывала своё жалованье на все сто. Работали, видимо, сразу по готовности, пуская снаряд один за другим, без перерыва и остановки, и даже без корректировки.

— Рожу в землю, и огонь! — в нашу ячейку ворвался сержант, толкая нас к стене окопа.

В этот же момент шальная мина взорвалась практически в нескольких метрах от нашего укрытия, и всех находившихся в опорнике щедро засыпало землей. И даже сквозь грохот и звон в ушах я слышал бешеный крик Контуженного:

— Баранов, мать твою, выберусь, яйцами тебя в Ординар засуну, демон злогребущий!

Я вскочил и, пытаясь вытряхнуть землю из-за воротника, принялся спешно подавать ленту. Макс уже стоял наготове, будто и не отскакивал от пулемёта.

Едва я дослал патрон, Максу подсказок не потребовалось, и он сразу принялся лупить, даже не стряхивая комья земли с головы. Правда, он попытался утереть пот со лба рукавом, но лишь размазал грязь по лицу.

Я даже не пытался посмотреть, что там со мной. Кажется, земля везде — в ботинках, в трусах, в каждой петельке ткани. Точно, после такой прожарки буду требовать горячую ванну…

И выходной для посещения борделя. Это как минимум!

— Задери их Пробоина! — радовался Контуженный, поднявшись на бруствер и довольно скалясь, — Отделение, подъем! Прорыв окончен, идем добивать затаившихся! Пулеметный расчет, снайпер, вы остаетесь на месте.

Макс тут же расслабленно выдохнул и, отпрянув от орудия, прислонился спиной к стенке окопа. Его ноги подкосились, и парень попросту сполз вниз, оседая на задницу. Я вяло усмехнулся и тоже плюхнулся рядом на ящик из-под боеприпасов, что стоял в траншее.

— Неужели закончилось? — только и смог спросить я, толкнул Макса, но он не ответил.

Признаться, я малость испугался, но спустя мгновение услышал от Сапронова мерный храп, и меня чуть не разодрало на смех. Сгинь его Луна, он просто заснул.

— Закончилось, мужики, — нервно усмехнулся Михайлов, подходя к нам и закидывая винтовку на ремне за спину, — Ни хрена, дрыхнет… Нам повезло, выжили. Ну что, перекур и собираем трофеи?

Глава 14

Зачистка

'Противнику тоже свойственно испытывать страх,

поэтому в бою зачастую выживает не самый умелый,

а самый наглый.'

[Гвардии Сержант Контуженный]

Стрельбище близ Белого Ординара.

После каждого прорыва в складках местности укрываются выжившие твари. Чувствуя, что Вертун уже успокоился, они то ли засыпают, то ли просто маскируются, выжидая невнимательную жертву.

Снежки прижимаются к земле, и опознать их можно, например, по прохладной росе на траве, либо же по внутреннему чутью…

По магической теории, которая очень тесно связана с религией, люди делятся на магов, приближенных к магам, и «немагов». То есть на Лунных, Подлунных и Безлунных…

Однако есть альтернативная теория, где абсолютно все люди по своей природе являются магами. Просто в ком-то магия проявляется, а в ком-то не особо, и поэтому простые безлунные порой тоже способны слышать «неслышимое».

Например, почувствовать шум Вертуна, когда тот собирается раскрыться. Или же, например, заметить притаившегося снежка, которого может увидеть только Лунный, да и то довольно опытный.

Вот я, к сожалению, ни разу так свои магические способности и не проявил. Да и негде особо было…

В предыдущей воинской части меня часто ставили в караул и на рабочки, а там особо-то и не погеройствуешь. Здесь же, попав в пулеметный расчет, тоже на зачистки не походишь.

Пулемет — это слишком тяжелое, грозное и неманевренное оружие. Осматривать с ним воронки или тем более заходить в здания, если прорыв вдруг был в городе. Упаси Луна, но самые крупные потери среди групп зачистки именно в городах.