На скате холма, где расположился лагерь, имелось несколько рядов колючей проволоки и спирали. Местами они уже были прорваны — между ними виднелись следы от взрыва мин и управляемых фугасов.

Крепость явно пережила далеко не одно нападение, но это не уберегло защитников от печальной участи…

Въездные железные ворота, на которых красовалась эмблема луны с перекрещенными поверх нее мечами, стояли настежь открытыми. У будки контрольно-пропускного пункта валялась пара трупов солдат в форме песочного цвета, местами окрашенной в темно-красный. Кровь уже запеклась, хотя тела выглядели вполне свежими — зверье еще не успело здесь попировать.

Наша машина остановилась меж двух продолговатых одноэтажных зданий. Раньше здесь явно была стоянка для транспорта, но сейчас она пустовало, только виднелись обломки заправочной станции. Какой-то негодяй утащил даже цистерны, оставив лишь будку с насосом, покореженным взрывом.

— Что не съем, то понадкусаю, — печально произнес Макс, когда мы выбрались из машины.

Бронеавтомобили припарковали на стоянке. Разведчики спешились и по приказу Орлова, приехавшего с нами, разбились на отряды по четыре человека, чтобы «прошерстить» местность.

Приказ не касался пулеметчиков и экипажей боевых машин. В нашей роте это были я, Макс и наш водитель, поскольку боевая машина была всего одна, да и та трофейная.

Зато с водителем мы наконец-то познакомились по-человечески…

Невысокий, но при этом до одурения жилистый, он числился простым стрелком, хотя сам был в звании ефрейтора. До попадания в разведку служил старшим стрелком в одной из комендантских рот, где звание и получил. Как и мы с Максом, был переведен из другой части, только произошло это год назад, потому они и успели сработаться с Котом.

Позывной у нашего водителя оказался занятный — «Подкидыш». И мы с Максом даже не сразу узнали, почему так… Хотя на деле всё оказалось так, как могло оказаться только в нашей красногорской армии.

Подкидыш показывал неплохие навыки обращения с транспортом — вождение, ремонт, обслуживание. То есть, он был вполне умелым технарем… Вот только стрелять «стрелок» ни черта не умел.

Как правило Кот брал его на боевую работу крайне неохотно, но грех было терять толкового «водятла». Сейчас, когда от роты осталась едва ли треть, каждый ствол был на счету, и Подкидыш не смог «отсидеться в тылах».

Ирония была в том, что и «тылов»-то у нас пока еще не было. Закрепляться на данном рубеже суждено было именно нашей роте…

* * *

После беглого осмотра обнаружилось, что в лагере не было ни оружия, ни боеприпасов, ни провизии, ни топлива… Была только водокачка, и, с одной стороны, для нас это являлось настоящим счастьем. С другой стороны, воду там однозначно стоило проверить, а то с кочевников станется насрать в колодец.

Вскоре всех собрали в одном из бараков, однако нашего расчета это опять не касалось.

Пулеметчиков и снайперов распределили по огневым позициям, выдали рации и приказали следить за обстановкой. Вскоре должна была подъехать основная колонна батальона.

А нас, как экипаж бронемашины, оставили просто на дежурстве…

Подкидыш достал где-то пару фляг с водой и половину лепешки, а также кусок сырокопченой грудинки. Все это было оприходовано и умято, но желудок довольно быстро снова вспомнил о пустоте.

Шутка ли, столько времени не есть, при этом активно тратить энергию. И это мы ещё не маги.

— Пожрать бы не помешало, — мечтательно произнес Макс, сидя в кабине и закинув ноги на пулемет.

Понятия не имею, как он так раскорячился с его-то габаритами, но, видимо, ему было удобно.