Времени дожидаться обеда и ехать на сытый желудок у нас не было. Поэтому, получив на кухне штатно-внештатные бутерброды и один большой двадцатилитровый термос с чаем, мы наконец отправились на выполнение боевой задачи.

Я ещё некоторое время оглядывался на опорный пункт, где я чувствовал хоть какую-то, пусть и мнимую, но безопасность…

Глава 26

Утренний маг

'Жизнь мага ценная ровно на столько,

сколько врагов империи он убивает в год.'

[Гвардии сержант Контуженный]

Третий день Красной луны. 11:00

Пустыня. Девятый пост

Пустыня бывает разной.

Бывает такая, что только и успеваешь выгребать из всех щелей тонны песка… А бывает, что в округе на пару километров одни лишь мелкие камни и грязь.

Но в любом случае, пустыня — это жара. Невыносимо высокая температура.

Металл нашей бронемашины поначалу приятно отдавал прохладой, но вскоре нагрелся настолько, что я вполне мог пожарить на люке орудийной башни пару сосисок.

При этом Контуженный приказал ехать с закрытыми люками, так что мне только и оставалось, что спасаться, вжимаясь в кресло стрелка. Оно благо не так нагревалось, как стенки башни, до которых было неприятно не то, что дотрагиваться, а просто приближать лицо.

Да и не на что было вокруг смотреть. Оказалось, жёлто-серая пустыня, с плывущими в жарком мареве редкими каменными лбами, да с иссохшими мохнатками кустов… Эта пустыня везде была одинакова.

— Духотища, — в который раз простонал внизу Макс.

Он игрался с гильзой, которую засунул внутрь пустой стеклянной бутылки из-под любимого морковного сока. Это была последняя бутыль, что он взял с собою, и в обозримом будущем ему маячила лишь свежая выжимка. Да и то, это если нам на позицию завезут морковь.

— Не ной, — рыкнул на него водила, который уже тоже начал звереть от жары.

А ведь солнце еще только выходило на линию прямого прогрева тушек неподневольных путников, что по зову долга оказались средь песчаных барханов…

Я лишь ухмыльнулся и вновь поглядел на секундную стрелку часов, расположенных на приборной панели. Это была уже моя придумка.

Кто-то из разведосов нашел побитые, но рабочие часы без ремешка. А я честно выменял их на стальную кружку с какой-то заковыристой вязью.

Кружку, кстати, я нашел в машине и по праву трофейщика она полностью принадлежала мне. Нашедший часы оказался доволен, ну а я прикрепил часики на приборку, чтобы следить за временем в бою и в моменты радиообмена.

Так вот, о часах…

Перебранка между пулеметчиком и водятлом шла строго по расписанию. Ровно каждые четыре минуты и сорок пять секунд эта парочка обменивалась короткими фразами, смысл которых сводился к следующему: всем жарко. Но Сапрон говорил об этом открыто, а наш водятел храбрился, изображая из себя как минимум непробиваемого мага огня как минимум Первого Дня.

— Девятый, Послу, — вдруг донеслось из наушника, подключенного к радиостанции.

Я приободрился. Если Контуженный начал вызывать пост, который мы должны проверить, значит мы где-то уже рядом.

— Девятый, Послу, как разбираешь?

— Посол. Какой ты, на хер, Посол? — ответил чей-то тяжелый хриплый голос, едва пробивающийся сквозь помехи, — Я Девятый.

— Девятый, я Посол. Сто шесть, пять, два, как принял? Повторяю, я Посол… Сто шесть, пять, два! — четко и уверенно проговорил Контуженный.

Я даже напрягся, старательно вслушиваясь в ответ вызываемого.

— Посол, я Девятый. Сто семь, двести девять, три, девять, как принял? — уже увереннее доложил связист на той стороне.

— Принял хорошо, Девятый. Липа-два, — приказал Грозный и радиообмен прекратился.

Мне только и оставалось, что гадать, что это за обмен цифрами произошел.