— Лангхо, — задумчиво произнесла Сян, не спеша повиноваться. — А ведь ты максимум четвертого уровня, так?

— И чо? — мрачно ответил Лангхо.

— Один узел ты опустошил на восстановление после удара — загнула палец Сян. — Еще два шаоданя слил на молниеносные конечности, последний истратил на эту машину. У тебя больше нет энергии на техники, ведь так?

— И чо? — прищурился Лангхо. — Я вас голыми руками порву!

— Н-да? — удивилась Сян. — А ну-ка покажи.

А ведь она нарывается! Какого черта? Я не стал ничего ждать, взялся за колеса коляски и выкатился между Сян и Лангхо.

— Не заставляй меня бить тебя, немощь, — процедил Лангхо.

— А ты меня удиви, — не менее надменно процедил я в ответ.

И ведь он меня удивил, сволочь патентованная.

И я понял, какого черта ему дерзила Сян, когда первый удар Лангхо прошел мимо моей головы — после её короткого жеста ладонью в сторону его пудового кулака. Следующий его удар она точно так же бесконтактно смахнула в сторону.

— Что ты со мной делаешь? — задушено прорычал Лангхо. — Бе…ла…я… ча…

А Сян легким взмахом одной ладони, а потом второй, заставила колени Ланхо подогнуться. Она управляет его ци, внезапно понял я. Так же как делала это со мной, когда я лежал в коме. «Лечит», расслабляет ему мышцы. Он слишком к ней приблизился! Упал руками на подлокотники моей коляски, мы оказались лицом к лицу, я почувствовал мятный запах его жвачки, а потом Сян крикнула:

— Выбей ему дверь!

И я её ясно понял. И выпрямил ноги изо всех сил! Прямо ему в промежность. В этот раз вышло уже не так мощно, но выбил двери на все деньги. Обе створки.

Лангхо щелкнул зубами, задушено побагровел, Сян откатила меня назад, и Лангхо срубленным дубом повалился туда, где коляска только что стояла.

— Отдыхай, — бросила ему Сян, объезжая тяжело дышащее тело.

И мы рванули прочь из этого переулка.

— Я снова смог поднять ноги! — радостно сообщил я Сян.

— Верная мотивация — ключ к исцелению, — отозвалась она. — Хотя, может, и рано мы это всё начали, мышцы-то ещё не восстановились… Можно было повредить связки и суставы.

Растолкав собравшуюся у поворота в переулок толпу с телефонами направленными на нас, мы слиняли оттуда.

— Ну, у нас не было выбора, как я понимаю. А ты говорила, что он страшнее пистолета, — пропел я сквозь встречный поток воздуха.

— Ага, говорила, — радостно отозвалась Сян. — Только он все свои заряды уже потратил.

Заряды? Хм, кажется, начал улавливать связь. Энергию, накопленную в теле, можно разделить на части и тратить не все разом, а частями, на всякие удивительные трюки.

— А сколько зарядов у тебя? — спросил я.

— Девушка не должна отвечать на такие вопросы! — со смущением отозвалась Сян, и я понял, что мне страсть как хочется узнать, что еще такого она может.

Вообще, будем честны, она меня сразу заинтересовала и сразу понравилась. И как заботящийся обо мне человек, и как боевой практик, и, конечно, просто как красивая спортивная девушка.

Стройная фигура, нежные черты лица, сочетающиеся с внутренней твёрдостью, волевой характер, интригующие изгибы под медицинской формой… Но моё текущее состояние и ситуация опять напомнили: парень, остановись. Не зазнавайся и не фантазируй! Ты пока просто не в том состоянии. Ты только-только вышел из комы и ещё не встал на ноги. К тому же, наверняка у такой Стрекозы был какой-нибудь кузнечик. Или, как часто бывает, таракан, тараканище…

— Кажется, оторвались! — оглянулась Сян, немного замедляясь.