Наконец Орсон добрался до стола с яствами. Несмотря на довольно прохладную погоду, на его лбу появилась испарина.

Обойдя стол вокруг и глядя на пищу голодными глазами, Орсон схватил одной рукой горсть винограда, а другой – большую грушу. Немного подумав, он решил начать с груши.

– Настоящая! – вскоре сообщил Орсон остальным игрокам. – Редкий случай, когда администрация Парка не считает нас дураками.

* * *

Один за другим все игроки преодолели пропасть, отделявшую их от пищи, и принялись за трапезу, благодаря Парк Грез за вкусную еду. Груши действительно оказались сочными и ароматными, а сыр восхитил всех, никого не оставив равнодушным.

Джонни Уэлш смаковал крепкий кофе.

– Божественный вкус, – он закатил глаза от удовольствия. – Такой кофе в последний раз я пил в Денвере.

Всеобщую идиллию портил Макс Сэндс, который почему‑то угрюмо молчал и почти ничего не ел. «Интересно, о чем он думает?» – мучилась вопросом Снежная Лебедь. Но узнать мысли Макса не помогло бы и все волшебство Парка Грез.

* * *

Вскоре игроки вновь отправились в путь. Поднялся колючий ветер. Становилось все холоднее и холоднее.

Через километр пути узкая тройка запетляла среди серых скал. Залетавший в узкую расщелину ветер грозил сбить с ног, однако игроков это нисколько не смущало. После сытного обеда они пребывали в прекрасном расположении духа и поэтому не обращали никакого внимания на капризы природы.

Пропетляв по ущелью, тропинка спустилась в широкую заснеженную долину. Здесь игроков подкарауливала новая неожиданность: навстречу по глубокому снегу двигалась цепочка полуобнаженных людей. Возглавлял процессию мускулистый мужчина с большим окровавленным карибу на плечах. За мужчиной тянулся длинный красный след.

Поравнявшись с игроками, странная делегация остановилась, и Снежная Лебедь узнала мужчину с карибу.

– Лесной Филин! – закричала она. Мужчина устало взглянул на эскимоску.

– Кто… кто это?

Он подошел поближе, и на его губах появилось некое подобие слабой улыбки.

– Снежная Лебедь, – утвердительно произнес мужчина. – Это ты. Я знаю. Почему ты здесь? Неужели ты уже умерла?

– Нет, Лесной Филин, – покачала головой эскимоска. – Я пришла с друзьями, чтобы сразиться с «Каббалой».

Мужчина понимающе кивнул.

– И как вам, мертвым, здесь живется? – неожиданно спросил Хеберт.

– Неплохо, – немного подумав, ответил Лесной Филин и вновь обратился к Снежной Лебеди: – Я не хотел бы, чтобы ты здесь задержалась надолго. Когда ты снова увидишь своего отца, то передай ему, что я здесь встретил его кузена Серую Выдру. Мы вспомнили с ним его жену. Передай еще, что Серая Выдра сдружился здесь с Плачущим Моржом. Твой отец должен его помнить.

– Надо же, – ухмыльнулся Боулз. – Какая‑то «мыльная опера» на том свете.

Снежная Лебедь что‑то ответила, и Лесной Филин повел своих людей дальше. В конце цепочки шли полуобнаженные женщины с синими узорами на лицах. Они плакали и, что‑то крича, протягивали к игрокам руки.

– Неужели они все уже мертвы? – спросил Макс у Снежной Лебеди.

– Да. Их позвали духи за небрежную татуировку.

Услышав эти слова, Орсон с каким‑то новым интересом посмотрел на проходящих мимо мертвецов.

Все женщины в этой странной процессии были высоки и черноволосы, кроме одной, самой последней. Женщину, замыкающую цепочку отличал рыжий цвет волос, зеленые глаза и невысокий рост.

Поравнявшись с игроками, рыжеволосая женщина подняла голову, и Макс не смог удержаться от восклицания:

– Эвиана!

Женщина, казалось, совсем не удивилась.