Макс, слушая «эскимоса», боковым зрением наблюдал за другими человечками. Они выглядели совершенно неподвижными и лишь иногда одобрительно кивали.

– Но почему контакты с чужеземцами не придали Седне нового могущества? – не унимался Хеберт.

– Потому что в вашей культуре нет ничего, что могло бы придать новых духовных сил инуитским народам. По правде говоря, мы, грехи человечества, благодарны вам, – «эскимос» ухмыльнулся. – Ведь именно благодаря вам мы обрели нашу истинную силу. Посмотрите: каждая букашка, которая ползает по волосам Седны, – это ваше злодеяние, ваше преступление. Эти существа дороги нам, потому что мы питаемся их выделениями. Чем больше вы совершаете злодеяний, тем сильнее мы становимся. И очень скоро мы располземся по всей вашей земле.

Ошеломленные игроки долго молчали.

– Но если мы для вас сделали так много хорошего, – наконец раздался тоненький голосок Кевина, – почему бы вам не отпустить нас? Ведь мы же можем натворить еще больше злодеяний.

– Потому что вы понадобитесь нам здесь, – ответил «африканец». – Мы, ваши грехи, хотим использовать вас против «Каббалы». Когда вы и каббалисты будете уничтожены, то мы сможем управлять всем миром. Мы – настоящий смысл жизни. Мы вызываем гниение, но мы и сами продукт гниения. Мы – следствие и причина, начало и конец, альфа и омега. Мы станем хозяевами Вселенной.

– И что же вас останавливает? – поинтересовался Орсон.

Ответил «евпропеец»:

– Вся проблема в вас. Вы должны сами, добровольно, без принуждения, пустить нас в свои сердца.

– Если вы нуждаетесь в нашей помощи, значит, вы не так могущественны, как кажетесь. Кого вы боитесь? – распалился Орсон, чем вызвал восхищение со стороны брата.

– Мы никого не боимся, – хором ответили человечки.

– Бред собачий! – взорвалась Эвиана. Все повернулись в ее сторону.

– Если вы – наше порождение, – продолжала маленькая рыжеволосая женщина, – значит, истинная сила у нас, а вы всего лишь приглашены поучаствовать в нашем танце. Наша судьба будет определена не вами, а тем, что есть в наших сердцах. Разве не так?

Теперь шокированы были человечки.

Больше всех смелая речь поразила «азиата». Уставившись на Эвиану застывшим, как у змеи, взглядом, он прошипел:

– Но ты… ты же мертва. Ты мертва…

– Да, – спокойно кивнула Эвиана.

– Тебя не должно было быть с этими… Человечки завопили, и мерзкие насекомые, человеческие грехи, стали ползать по волосам, щекам и шее Седны с утроенной скоростью, издавая зловещий шелест.

– Да, у нас так много могущества, что мы можем призвать к себе даже мертвых! – расхрабрился Орсон. – Представляю, как вам это не нравится!

– Нет! Ничего подобного! – закричал «европеец». – Вы никуда отсюда не денетесь! Мы будем вас судить! Но тот из вас, кто поможет нам в схватке с «Каббалой», будет вознагражден!

* * *

Дуайт Уэллс был доволен: в игре все складывалось очень удачно. Но эта Эвиана… «Вы всего лишь приглашены поучаствовать в нашем танце», – вспомнил Дуайт ее слова. Эта фраза уже когда‑то сорвалась с губ Эвианы, правда, в другое время и при других обстоятельствах. Дуайт напряг память. Ах, да! Эта женщина много лет назад уже участвовала в «Ядерной зиме». Но так ли оправдано ее чудесное воскрешение в этот раз? Все‑таки, нахмурился Дуайт, Гриффин играет в какую‑то свою игру…

На компьютерном экране была видна не только сцена в царстве Седны, на нем высвечивались постоянные сведения о давлении крови и температуре тел игроков.