|
Но вдруг они схватят тебя – из‑за Питера – и обнаружат дырку в воспоминаниях? Тогда они будут знать, что память‑то тебе подчищали…
– А нельзя как‑нибудь связать это с попыткой самоубийства? – спросил я. – Ведь Джефферсон действительно предлагал мне подчистить эти воспоминания. Ты смог бы сделать так, чтобы казалось, что все произошло как раз из‑за этого?
– Возможно… Может, и смогу… А почему, собственно, я? – Марти плеснул немного вина в пластиковый стаканчик. – Предложил Мендесу, тот отказался. – Как жаль, что в этом процессе нельзя ничего добавить… Я могу убрать воспоминания, но не могу наложить другие, ложные, – Марти выпил вина. – Впрочем, кое‑что мы все‑таки можем сделать – ведь Джефферсон на нашей стороне. Будет нетрудно представить дело так, что он якобы стер слишком много – таким образом мы уберем ту самую неделю работы в Вашингтоне.
– Ваша затея кажется мне все более и более ненадежной, – сказала Амелия. – Я, конечно, почти ничего не знаю о подключении, но если эти силы – кто бы они ни были – доберутся до тебя, или Марти, или Мендеса, ведь тогда все, что вы задумали, наверняка провалится, разве нет?
– Все, что нам надо, – это таблетки, которыми я травился, – успокоил я ее. – А потом мы немного поговорим о самоубийствах.
– Я не смог бы просить кого‑нибудь это сделать. И не знаю, смог бы я сам решиться на такое, – сказал Марти.
– Даже ради спасения Вселенной? – я хотел произнести это иронично, но никакой иронии не получилось.
Марти чуть побледнел.
– Ты прав, конечно. И я должен был предусмотреть это как одну из возможностей. Для всех нас. Тут заговорил Мендес:
– Все вовсе не так трагично, как вам кажется. Но мы предусмотрели самую очевидную возможность выиграть время – мы можем переехать отсюда. Две сотни миль на север – и мы окажемся в нейтральной стране. Эти ублюдки дважды подумают, прежде чем посылать наемных убийц за канадскую границу.
– Даже не знаю, – откликнулся Марти. – Канадскому правительству нет никакого резона нас защищать. Какое‑нибудь агентство может выступить с требованием о выдаче преступников, и нас уже на следующий день отправят в Вашингтон, в наручниках.
– Мексика! Там бы таких проблем не возникло, – сказал я. – В Канаде плохо то, что тамошние службы недостаточно коррумпированы. Заберите с собой в Мексику нанофор – и вы получите любую защиту, какая потребуется.
– А ведь верно! – согласился Марти. – Кроме того в Мексике полно клиник, где можно вживлять имплантаты и делать операции по подчистке памяти.
– Но как вы предполагаете переправить туда нанофор? – спросил Мендес. – Он же весит больше тонны, не говоря уже обо всех канистрах, ящиках и мешках с расходными материалами, которые нужны для его работы.
– А пусть он сделает самоходную установку, – предложил я.
– Вряд ли это сработает. Наш нанофор может делать предметы размером не больше семидесяти девяти сантиметров в поперечнике. Теоретически мы можем, конечно, собрать вездеход из таких частей, но ведь их будет не одна сотня. И чтобы сложить их вместе, нам понадобится целая металлоремонтная мастерская и специалисты‑механики.
– А почему бы вам не украсть готовый вездеход? – предложила Амелия. – В армии полно вездеходов. Ваш прикормленный генерал может подделывать официальные документы, продвигать людей по службе и давать им новые назначения. Он наверняка смог бы устроить так, чтобы подходящий вездеход направили туда, куда нам нужно. |