«Походка нетвердая, ноги заплетаются».

Должно быть, речь о том, кто стоял или шел, но в последние несколько минут никто не вставал с места. В этот миг Го Сяофэнь прошиб холодный пот.

Никто. Кроме меня.

«Брови короткие и тонкие, ресницы склоняются вниз, боль в шее, запрокидывает голову, боль в пояснице, постоянно мнет ее руками, зевает даже среди бела дня, глаза скрыты за пеленой слез… разве это все сказано не про меня после бессонной ночи за работой?! Неужели меня прокляли мастера смерти?!»

От ужаса Го Сяофэнь показалось, что огромная ледяная сосулька вдруг вонзилась ей в сердце, и она со всех ног бросилась к выходу на улицу, на одном дыхании добежала до дома, заперла дверь, достала телефон и, с трудом совладав с дрожащими пальцами, набрала номер Хуянь Юня:

– Хуянь, умоляю, спаси меня!

– В чем дело?

– Я… меня прокляли мастера смерти! – едва не рыдая, Го Сяофэнь в общих чертах рассказала о том, что произошло. – Приезжай скорее, мне очень страшно, я ужасно боюсь!

– Сяо Го, тебе следовало бы понимать, что это всего лишь чья-то злая шутка, не нужно так паниковать из-за ерунды.

– Но те двое, они настоящие мастера смерти, настоящие…

– Сяо Го! – грубо перебил ее Хуянь Юнь. – Я сейчас занят поисками Лэй Жун. Ты мне в этом помочь не можешь, ну и ладно, но хотя бы можешь мне лишний раз не мешать?

В этот момент Го Сяофэнь почувствовала себя так, будто с головой нырнула в зимнюю реку; все ее тело от поверхности кожи до мозга костей, казалось, превратилось в лед. «Когда мне грозит смертельная опасность, когда я больше всего нуждаюсь в твоей помощи, выясняется, что в твоем сердце нет для меня места…»

* * *

Тем же вечером в половине десятого в морге Первой городской больницы тот самый немного тугой на ухо товарищ по работе дожидался десяти вечера, когда его должен был сменить Хуан Цзинфэн, но тот внезапно появился перед ним, как привидение. Своим пустым, отсутствующим взглядом и мертвенно-бледным лицом он живо напоминал укушенного вампиром.

Товарищу стало немного не по себе:

– Ты что пришел так рано?

Хуан Цзинфэн только бросил в ответ:

– Уходи!

Тот в легком испуге поспешил покинуть помещение морга.

Хуан Цзинфэн закрыл дверь, подошел к холодильнику и совершенно без сил опустился на пол у среднего ряда ячеек. Он даже не выдвинул ящик «Т-В-4», а просто принялся бормотать себе под нос:

– Гао Ся, сегодня у меня выдался самый тяжелый день с тех пор, как я стал мастером смерти. Днем мне позвонил мой учитель, сказал, что я должен предсказать смерть одного человека. Мы вместе поехали в KFC, он указал мне на одну девушку, которая как раз там в это время обедала. «Давай, предскажи ее смерть!» Она была очень красивая, я не испытывал к ней ни вражды, ни ненависти, не знал, почему нужно предсказать ее смерть. Учитель сказал, что она журналист и не только вместе с Лэй Жун поддерживала проект «Регенерация здоровья» фирмы «Восхождение», но и обращалась в соответствующие госструктуры с предложением переловить всех бездомных как диких собак и использовать их в качестве доноров органов для пересадок. Она даже призывала очистить морги всех больших больниц от невостребованных тел и вырезать из них все органы, которые годятся для того, чтобы делать операции богатым людям, и называла это «менеджментом ресурсов»…

Я как услышал это, так пришел в такую ярость, что сам себя не помнил, уже был готов предсказать ее смерть, но пригляделся повнимательней и снова замешкался. Что-то в ней было такое знакомое, будто бы мы раньше уже встречались. Учитель поторопил меня, и я все же произнес предсказание. Она услышала мои слова и так испугалась, что сразу выбежала из зала.