– А вот ежели всё ж не станет?! Я ж только призрак – откуда ты знаешь, что у меня на уме? Вот захочу и покину ваш мир – что ты тогда будешь делать?..

Тут карлик развернулся, и, уперши руки в бока, долго, пристально вглядывался то в лицо согбенного под ношей Алёши, то на золотящееся облачко–Чунга; наконец произнёс: «Нет – ты не сможешь…» – однако, в голосе уже не было прежней уверенности – видно мысль, что «Призрак–Алёша» может исчезнуть, прежде и не приходила ему в голову – и дальше он шёл опустив голову, и помалкивал…

Да – это действительно был лабиринт; хотя Алёша видел только незначительную его часть – всё равно, по тем бессчётным фигуркам, которые несли и несли носилки, по тем бессчётным ответвлениям, которые раскрывались по сторонам – он понимал, что – это громаднейший лабиринт, и что работа по выбиванию из него камней ведётся уже многие–многие годы, возможно – века. Вскоре вышли они на широченную, метров пятидесяти улицу, по сторонам которой кривились уродливейшие, неумело сложенные из того же тёмного камня что и плато, постройки. Казалось, и нарочно нельзя было возвести такое неумелое, изломанное, болезненно–причудливое сплетение углов, возвышений и впадин – удивительным было то, как это такие неестественные, то расширяющиеся, то сужающиеся конструкции не развалились ещё под постоянным, пронизывающим ветровым напором. Алёша от этого ветрила ещё больше согнулся, а вот провожатый – казалось, совсем его не замечал, и говорил голосом таким заискивающим, что юноша понял, что он опасается, как бы этот «призрак» действительно не исчез:

– Надо сказать, что появились в погоду весьма и весьма благоприятную. После сильной бури – ветер унялся, и теперь – едва дует, а вскоре и совсем уляжется… Да… А вот через три па – поднимутся сильнейшие бури… Вот вы знаете, в прошлый раз сорвало целый квартал – это конечно в порядке вещей…

– Я так понимаю, что все эти камни выбиваются для того, чтобы строить этот город…

– Удивительные вещи вы говорите…

Алёша хотел вспылить, но как раз в это время ручка Оля вернула его… 

* * * 

– Эй, люди, заходите, заходите! Лучшего трактира чем наш «Бык морской» вы во всем городе не найдете!… – так кричал на всю улицу невысокого роста полный человечек, с быстро бегающими маленькими глазками.

Дубрав направил Вихря к вывеске на которой изображен был нос корабля выполненный в форме бычьей головы с загнутыми вперед, большими рогами.

– Да вы что?! – прямо–таки вскрикнул, подскочил Ярослав. – Да как же можно?!.. Мы что же – остановимся здесь?!.. Да как же?!.. У моря у самого?!..

Дубрав же промолвил спокойно:

– Насколько мне известно в этом трактире «Бык Морской», чаще всего останавливаются капитаны разных судов. Ведь не поплывём же мы на какой–нибудь лодке, правда?.. Надо найти такого капитана, который плыл бы в те северные страны, в которые и нам надо…

Тем временем маленький человечек подбежал и схватил Вихря под узды – конь однако не дался ему, мотнул головой так, что человечек взвизгнул и тут же зачастил так быстро, что речь его с трудом можно было разобрать:

– «Бык морской» лучший трактир в городе! Хотите получить прекрасный ужин, прекрасное вино и прекрасную комнату на ночь – все это у нас! Я отведу вашего коня в наше замечательное стойло, а вы проходите, проходите, милости просим! Я хозяин этого заведения, зовут меня Карп, я, знаете ли, нанимал этих крикунов, но теперь понял, что это лишняя трата денег и вот теперь сам всех зазываю, и все очень довольны, потому что…

Дубрав жестом остановил его и спокойно сказал:

– Мы бы хотели остановиться у вас на ночь и получить хороший ужин.