– Это третья планета в системе Симфония. Альфа Монтана III на твоих картах.

– И что особенного в этой планете?

– Там находится Пенелопа Бейли.

– На самом деле или мы хотим, чтобы он так считал?

– Она действительно там.

– И вы хотите, чтобы он атаковал всеми имеющимися у него в наличии силами?

– Правильно.

– Включая ядерное и химическое оружие?

– Все, что есть. Даже антиматерию, если таковая у него найдется.

– Сомневаюсь, – ответил Ломакс. – Но и в этом случае от Моцарта мало что останется после его нападения.

– Не тешь себя такими надеждами. Он не сумеет и волоса уронить с ее головы.

Ломакс вновь нахмурился.

– Тогда зачем все это?

– Мне необходимо попасть на планету.

– Вы собираетесь воспользоваться армией в двести миллионов человек в качестве отвлекающей силы? – недоверчиво воскликнул Ломакс.

– В некотором смысле, да. Они должны отвлечь ее внимание настолько, чтобы я смог приземлиться.

– Минуточку. Если она такова, как вы описывали, то она узнает, что вы собираетесь приземлиться. Я имею в виду, что она способна видеть будущее, которое наступит после сражения, не так ли?

– Конечно, способна. Но она будет настолько озабочена непосредственной угрозой, что решит заняться мной потом.

– И что произойдет, когда она начнет разбираться с вами?

– Это уже мое дело, – ответил Айсберг. – Тебе надо лишь проследить за тем, чтобы Помазанный атаковал. Ты убил Малыша, и он считает, что ты убил меня. Придумай для него подходящий предлог для атаки, он должен доверять тебе в достаточной степени, чтобы сделать так, как ты скажешь.

– Вряд ли его можно назвать доверчивой душой, – с сомнением заметил Ломакс.

– Тогда придумай такую причину, чтобы он был вынужден  поверить тебе, и постарайся сделать это половчее.

– Сделаю все, что в моих силах.

– До сих пор ты делал все как надо, – сказал Айсберг. Он опять помолчал. – Да, мне необходимо знать еще одну вещь.

– Что такое?

– Его военные корабли имеют какие‑нибудь специальные знаки отличия? Я не хочу, чтобы они превратили меня в пыль еще до того, как я достигну планеты.

– Насколько мне известно, нет, – ответил Ломакс. Он немного подумал. – Нет, уверен, что нет. Когда Республика думает, что вы собираетесь на нее напасть, вы не станете объявлять о своем присутствии, малюя на всех своих кораблях отличительные знаки.

– Лучше бы ты оказался прав, – заметил Айсберг.

– Если мне удастся что‑нибудь узнать на этот счет, то я постараюсь сообщить вам, – пообещал ему Ломакс. – Ваша корабельная радиостанция настроена на тот же шифрокод?

– Да.

– Хорошо. Я дам вам знать, если выяснится, что я ошибался относительно знаков различия.

– Как скоро, на твой взгляд, тебе удастся заставить его атаковать? – спросил Айсберг. – Ты гораздо ближе к Моцарту, чем я. Хочу быть уверен, что не попаду к месту события слишком поздно.

– Его силы распылены по всей Республике и Внутренней Границе, – сказал Ломакс. – Если он отдаст приказ прямо сейчас, то потребуется, наверное, пара месяцев, чтобы собрать все эти силы воедино. Вряд ли он захочет столько ждать.

Он задумчиво помолчал, затем продолжил:

– Полагаю, реально можно рассчитывать на то, что ему удастся собрать в ближайших окрестностях, скажем, кораблей пятьсот или около того, плюс три – пять миллионов человек, чтобы атаковать в течение недели.