– Он не на Олимпе?

– Просто будьте готовы, мистер Ломакс.

– Ладно.

– Еще одно, мистер Ломакс, – сказал Корбеккиан.

– Что такое?

– Я не люблю, когда за мной по пятам кто‑то ходит. Если ваш дружок попытается сделать это еще раз, то я не отвечаю за последствия.

Ломакс позволил себе роскошь улыбнуться.

– Он еще очень молод.

– Если он хочет стать старше, то ему следует хорошенько усвоить то, что я сейчас сказал.

– Я передам ему ваши слова. – Ломакс помолчал. – Вы хотите, чтобы он остался на Олимпе?

– Останется он на Олимпе или нет, мне все равно, мистер Ломакс. Однако сопровождать вас он не будет.

Ломакс кивнул.

– Хорошо, увидимся в полдень.

– В полдень, – как эхо отозвался Корбеккиан и отключился.

Ломакс встал и направился в ванную, где быстро принял душ, причесался, после чего принялся одеваться. Затем он вышел из комнаты и спустился на аэролифте на два этажа вниз, проехал по коридору к номеру Малыша и постучал в его дверь.

– Откройся, – раздался голос Малыша, и дверь скользнула в сторону.

– Доброе утро, – сказал Ломакс, входя в комнату.

– Доброе утро, – ответил Малыш, который уже был полностью одет и сидел, уставившись в экран голографического телевизора. Он отдал телевизору приказ выключиться.

– Адрес, который я дал вам прошлой ночью, чем‑то помог?

– Пока нет, – ответил Ломакс. Он посмотрел на Малыша. – Тебя обнаружили.

– Не может быть! – воскликнул Малыш. – Я шел за ним в доброй сотне ярдов. Готов поклясться, что он не видел меня!

– В таком случае, возможно, тебя видел один из его телохранителей.

– У него есть телохранители?! – удивленно воскликнул Малыш. – Я никого не заметил.

Ломакс улыбнулся.

– Значит, они оказались проворней тебя.

– Это он вам сказал?

Ломакс кивнул.

– Когда? – спросил Малыш.

– Он звонил мне примерно десять минут назад.

– Как он смог найти вас? Ведь мы воспользовались вымышленными именами.

– Олимп – его родная планета, – ответил Ломакс. – И окажись он не в состоянии нас здесь обнаружить, ему имело бы смысл поискать себе другую работу.

Малыш какое‑то время молча смотрел на Ломакса, потом опять заговорил:

– И что он сказал? Мы собираемся встретиться с Помазанным?

– Только я.

– А как же я?

– Корбеккиан сказал: нет.

– Кем же тогда буду я – заложником?

Ломакс рассмеялся.

– Ему не нужны заложники. У него есть я.

– Что же в таком случае делать мне?

Ломакс секунду‑другую оценивающе рассматривал его.

– Малыш, ты действительно хочешь впутаться в это?

– Я уже впутался.

– Если ты хочешь отступиться, сейчас самое время. Пока ты еще посторонний. Если ты ввяжешься в это дело, то станешь бойцом, и тогда просто вынужден будешь играть по другим правилам.

– Я с тобой, – твердо сказал Малыш.

– Ладно, – согласился Ломакс. – Тогда давай позавтракаем и заодно все обсудим.

Они вышли из номера, воспользовавшись лифтом, спустились в бельэтаж и направились к маленькому ресторанчику. Малыш заказал себе плотный завтрак, а Ломакс ограничился чашечкой кофе и булочкой.

– Никогда не видел такого ресторана! – в восхищении воскликнул Малыш, указывая на голографическое меню – изображение различных блюд, парившее над столом.