– Во сколько тебе обошлось это чудо механики? – поинтересовался Айсберг.

– Недешево.

– А он умеет еще что‑нибудь, кроме как приносить тебе выпивку?

– Да, в тех редких случаях, когда мне удается придумать для него какое‑нибудь другое занятие, – ответил пожилой мужчина. Он сделал небольшой глоток. – Восхитительно! Все же они делают его лучше, чем где‑либо еще.

Айсберг пригубил свою порцию.

– Не стану с тобой спорить.

Последовала пауза, во время которой хозяин испытующе смотрел на Айсберга.

– Итак, Карлос, – наконец сказал он, – ты действительно хочешь уединиться?

– Я постоянно думаю об этом.

– Не вижу причин, которые бы тебе могли помешать. Ты достаточно времени провел на Границе, и Бог свидетель – денег у тебя хватает. Что тебя останавливает?

– За последний месяц четыре разных типа попытались меня прикончить, – ответил Айсберг.

– Вот как?

– Некто объявил на меня охоту, – объяснил Айсберг. – Я подумал, что ты можешь помочь мне разобраться, почему.

– Карлос, уже почти четыре года, как я удалился от дел. И я понятия не имею, что сейчас происходит на Внутренней Границе, да и в любой другой части Галактики.

– Но ты можешь выяснить.

– Как?

– Я знаю имя особы, жаждущей моей смерти.

– Я же сказал тебе, я потерял все связи.

– Да брось ты. Ты проработал в спецслужбе полвека. Ты не убедишь меня, что тебе не звонят время от времени, чтобы воспользоваться твоими мозгами, или что твой компьютер не соединен напрямую с центральным компьютером на Делуросе VIII.

Хозяин выглядел раздосадованным.

– Для человека, внезапно вынырнувшего из туманных далей, ты просишь слишком много.

– Тридцать Два, но я ведь и дал тебе много, – сказал Айсберг.

– Забудь это прозвище, – ответил пожилой мужчина. – Они изъяли из обращения мое кодовое имя, когда я ушел в отставку. Теперь я всего лишь Роберт Гибс.

– Если шесть лет назад я бы не согласился выступить против Пенелопы Бейли, тебя вышвырнули бы прежде, чем ты получил возможность уйти в почетную отставку, – с уверенностью сказал Айсберг. – Тот, для которого я таскал каштаны из огня чуть больше шести лет назад, был Тридцать Два, и именно Тридцать Два обещал мне при случае вернуть долг. За этим я сюда и прилетел.

– Тебе хорошо заплатили за то дело, – возразил Гибс.

– Так же, как и тебе, о чем красноречиво свидетельствует окрестный пейзаж. – Айсберг помолчал. – Все же ты мой должник.

– Я смотрю на это несколько иначе, Карлос, – ответил Гибс. – Я работал на правительство. Ты был свободным художником, требовавшим за свои услуги огромные деньги.

– И честно отрабатывавшим их, когда больше никто в Галактике не мог сделать этого, – заметил Айсберг. – И не строй из себя святошу только на том основании, что ты оставался на службе. Я проработал в разведке пятнадцать лет, прежде чем пошел своим путем. Они получили свой кусок мяса и кое‑что еще.

– Однако…

– Черт побери, я не стал бы просить у тебя помощи, если бы мог! – оборвал его Айсберг. – Я же сказал: на меня было совершено четыре покушения!

– За эти годы ты приобрел кучу врагов.

– Это правда. Но Помазанный не принадлежал к их числу, а именно он пытается меня убить! – воскликнул Айсберг.

Гибс пораженно уставился на него.

– Помазанный? – повторил он.