– Но как тот факт, что вы стоите или сидите на Моцарте, может оказать влияние на происходящее за десятки световых лет отсюда? – поинтересовался Малыш.

– У меня нет ответов на вопросы: как и почему это происходит, могу лишь заверить, что происходит. – Она немного помолчала. – Ну что, мистер Кайман, может быть, займемся нашими делами?

– Именно для этого я здесь.

Пророчица перевела на него взгляд, и на какое‑то мгновение глаза сфокусировались именно на нем, а не на чем‑то за его спиной. И Малыш, почувствовавший себя под ее взглядом не слишком уютно, сразу же решил, что гораздо приятней, когда она смотрит в будущее.

– Вы должны простить меня, мистер Кайман, но я не совсем понимаю, какова цель вашего прилета.

– А я‑то думал, что вы знаете все.

– Я знаю все разнообразие вариантов того, что произойдет в будущем, но я не знаю всего, что произошло в прошлом.

– Это не имеет никакого значения.

– Для меня это имеет значение. Так что, может быть, вы окажете мне любезность и расскажете, каким ветром вас занесло на Моцарт.

– Если вы знаете будущее, то вы уже знаете, что я собираюсь сказать.

– Вы можете назвать любую из сотен вещей, – ответила Пенелопа. – Вы вполне способны солгать, и, кроме того, вы довольно самовлюбленный человек. Однако я хочу услышать, что именно вы скажете.

– Как вы сможете узнать, правду ли я говорю?

– Я ведь уже знаю ответы на большинство вопросов, которые задам.

– Тогда к чему спрашивать?

– Чтобы определить, в какой степени вы заслуживаете доверия, мистер Кайман.

– А почему это вас вообще должно беспокоить?

– Всему свое время, мистер Кайман, – ответила Пенелопа, вновь устремив свой взгляд куда‑то в глубь пространства – времени. – А теперь, пожалуйста, ответьте на мой вопрос.

– Я прибыл на Моцарт для того, чтобы продавать компьютерные чипы.

– Это формальный повод, – безмятежно сказала она, – но не истинная причина.

– Ладно, – согласился Малыш, пожав плечами. – Меня послал сюда Айсберг.

– Я знаю.

– В таком случае что же еще вы хотите узнать?

– Зачем он послал вас?

– Он не верит, что кто‑либо или что‑либо способно вас убить, поэтому, когда он услышал, что Ад был уничтожен, то сразу понял, что вам удалось исчезнуть оттуда прежде, чем это произошло.

– И что, Республика согласилась с ним?

– Нет. – Малыш сделал паузу. – Айсберг считает их глупцами.

– Он прав.

– Как бы то ни было, он хочет знать, что вы собираетесь делать.

– Конечно.

– Не ваши ближайшие планы, – продолжил Малыш, – но ваши долгосрочные планы на будущее.

– Я намереваюсь выжить в мире, который проявляет свою враждебность по отношению ко мне при каждой возможности, – ответила Пенелопа, сохраняя бесстрастное выражение.

– Понятно, но из того, что я вижу, мне представляется, что выживание – последняя из проблем, стоящих перед вами, если, конечно, предположить, что у вас вообще могут быть проблемы.

– Как и любой человек, я состою из плоти и крови, мистер Кайман, – ответила она, – и когда‑нибудь я умру. – Внезапно она улыбнулась какой‑то своей мысли. – Это произойдет не от вашей руки, мистер Кайман. Если вы вытащите оружие и попытаетесь выстрелить, о чем вы время от времени подумываете, то пистолет не выстрелит, а просто взорвется у вас в руке.