На следующее утро он вновь узнал из выпуска новостей, что к вчерашнему перечню добавилось еще двенадцать церквей. Как только выпуск закончился, он выключил головизор и отправился завтракать. Дождавшись, пока проедет пара грузовиков, пересек дорогу и вошел в маленький ресторанчик, в котором почти всегда завтракал, обедал и ужинал. К его удивлению, Мбойя, который обычно допоздна засиживался в казино и потому вставал довольно поздно, сидел в одиночестве за одним из столиков и попивал кофе.

– Доброе утро, – сказал он, увидев Малыша.

– Привет.

– Присаживайся ко мне,

Малыш оглядел полупустой зал, пожал плечами, сел за столик Мбойи и заказал себе кофе с булочкой.

– Что‑то последнюю пару дней тебя не было видно.

– Я был занят, главным образом работал над чипами.

– К чему все это, ты ведь теперь в ее упряжке. Больше нет нужды притворяться.

– Я брошу это, если она наконец даст мне какое‑нибудь задание, – сказал Малыш. Он посмотрел в окно. – Я вырос на планете, подобной этой. Здесь просто больше нечем заняться.

– А разве ты не практикуешься в стрельбе? – усмехнувшись, спросил Мбойя.

– В этом нет необходимости. Я просто подстроил свои импланты, и теперь все в порядке.

– В таком случае, полагаю, больше ты не промажешь?

– Правильно, – ответил Малыш серьезно.

– Рад слышать.

– И в это раннее утро у меня нет ни малейшего желания слушать, как ты ехидничаешь, – добавил Малыш, даже не пытаясь скрыть раздражения.

– Да кто тебя подкалывает, я говорю абсолютно искренне.

– Ну уж конечно.

– Да говорю тебе, что не шучу. Я выхожу в отставку. Так что теперь рано или поздно она будет вынуждена послать тебя против людей, которых до сих пор утихомиривал я. Теперь паршивая стрельба может плохо сказаться на твоем здоровье.

– Ты выходишь в отставку? – удивленно переспросил Малыш.

– Да.

– А ты не слишком молод, чтобы уходить на покой?

– Я не ухожу на покой. Просто я не собираюсь больше на нее работать.

– Почему? – поинтересовался Малыш, когда ему наконец принесли кофе.

– Ты что, не смотришь головизор и не читаешь газет? Она только что начала необъявленную войну против Помазанного.

Малыш нахмурился.

– Тебе известно про него что‑то, чего не знаю я?

– Да нет.

– Тогда какого черта ты собрался от нее уходить?

– Видишь ли, – сказал Мбойя, – я наемник. Я убиваю людей, чтобы добыть себе средства к существованию. Я не особенно горжусь своим ремеслом, но и не стыжусь его. Я стараюсь жить по принципу: «Выступая против человека, оставь ему хотя бы маленький шанс». И большинство тех, кого я убил, заслужили это.

– И что?

– Неужели ты не понимаешь? Она может уничтожить полмиллиона, даже не покидая своего дома. – Он поморщился. – Это не убийство, по крайней мере в том смысле, как я его понимаю. Это геноцид, и я не хочу принимать в нем участия.

– В чем разница между убийством трех человек и трех тысяч? – спросил Малыш. – Они все служат Помазанному, и они все хотят ее смерти.

Мбойя вздохнул.

– Это трудно объяснить.

– Все же попробуй.

– Ладно.