– Какое задание вы приготовили для меня? – поинтересовался Малыш.

– У меня для тебя много заданий, – ответила Пенелопа. – И если ты справишься с ними, то получишь щедрое вознаграждение. Если же нет, то наверняка погибнешь.

Малыш казался невозмутимым.

– Это глупо, – сказал он. – Почему бы вам просто не посмотреть в будущее и не сказать мне, что я должен сделать, чтобы успешно с ними справиться?

Она покачала головой и вновь перевела взгляд на пруд.

– Это было бы возможно, если бы существовал всего один вариант будущего, – ответила она. – А как я уже объясняла тебе раньше, различных вариантов будущего больше, чем песчинок на пляже, и я не в состоянии видеть их все одинаково четко.

Малыш уселся на диван, широко раскинув на нем руки.

– Ладно, скажите, что я должен делать дальше.

Она повернула к нему лицо, но у него опять возникло впечатление, что взгляд ее устремлен мимо, куда‑то в глубины будущего.

– Ты должен будешь убить Моисея Мухаммеда Христоса, который называет себя Помазанным.

– И только‑то? – улыбнулся Малыш. – Да его наверняка охраняют получше, чем министров Республики, и он, конечно же, хорошо прячется.

– Я знаю, где он.

– А сколько у него телохранителей?

Она пожала плечами.

– Не имеет значения. Его телохранители, за исключением одного, не окажутся для тебя проблемой.

– И кто же этот счастливчик?

– Феликс Ломакс.

– Танцующий на Могиле? И какие же трудности с ним связаны? Черт возьми, он до сих пор уверен, что я работаю на него и на Айсберга.

– Он все узнает.

– Нет, если вы не предупредите его, – уверенно ответил Малыш. – Или, может быть, скажете, что он тоже телепат?

– Ни он, ни я не являемся телепатами, – ответила Пенелопа. – Но с другой стороны, мы оба не дураки. Как только он увидит тебя, то сразу же догадается о причине твоего появления.

Малыш обдумал сказанное Пророчицей и пожал плечами.

– В таком случае я убью его.

– Его не так легко убить, как тебе кажется.

– Я ведь убил Мбойю, не так ли?

– В этом тебе помогла я.

– Вы и пальцем не пошевелили. Я сам убил его.

– Значит, говоришь, «я и пальцем не пошевелила»? – улыбнувшись, переспросила она. – А как ты считаешь, почему не выстрелил пистолет?

– Ладно, не считая этого, – нехотя признал Малыш.

– Нет, ты и впрямь так считаешь? – Пенелопа вздохнула. – Фидо, как же ты глуп.

– Я просил вас не называть меня так! – угрожающе рявкнул Малыш.

Похоже, это позабавило ее.

– Ты что, надеешься испугать меня? Или ты думаешь, что со мной будет так же легко справиться, как с Черной Смертью?

Малыш исподлобья посмотрел на Пророчицу и ничего не ответил.

– Меня восхищает строптивость в молодых животных и даже в молодых людях, – продолжала она. – Но если ты вздумаешь продемонстрировать мне ее еще раз, я буду вынуждена принять к тебе соответствующие меры. За пределами этого дома есть люди, много людей, которых необходимо уничтожить. Ты должен научиться направлять свой гнев в нужную сторону. – Она немного помолчала и добавила: – И ты должен крепко усвоить истину, что быть молодым, сильным, проворным и даже бесстрашным – этих качеств еще недостаточно, когда твоим противником является Феликс Ломакс.