Когда она встала со стула, зал поплыл у нее перед глазами.

— С тобой все в порядке? — спросил Чарли, обнимая ее за плечи.

— Все в полном порядке, — ответила Бекки. — Просто очень много вина два вечера подряд.

— К тому же ты почти ничего не ела за ужином, — укоризненно говорил Чарли, выводи ее на свежий воздух.

По Челси-террас они шли под руку, и Бекки все время казалось, что случайные прохожие принимают их за влюбленных. У входа в дом, где находилась квартира Дафни, Чарли пришлось забраться в сумочку Бекки, чтобы достать ее ключи. Удерживая ее прислоненной к стене, ему кое-как удалось открыть дверь. Но тут ноги у Бекки подкосились, и ему пришлось подхватить ее. На второй этаж он нес ее на руках. Добравшись до квартиры, он изогнулся, чтобы не уронить Бекки, и отомкнул замок. В гостиной он опустил ее на диван и распрямился, чтобы оглядеться и решить, оставить ее на диване или поискать, где находится спальня.

Чарли уже собирался уходить, когда она медленно сползла на пол, бормоча какие-то слова, из которых он смог разобрать только «обручена». Вернувшись назад, он на этот раз решительно взвалил ее на плечи и понес к двери, которая, как оказалось, вела в спальню. Осторожно положив ее на кровать, он на цыпочках пошел назад к двери. В этот момент Бекки начала переворачиваться, и ему пришлось броситься обратно, чтобы не дать ей упасть. После некоторых колебаний он приподнял ее за плечи и свободной рукой стал расстегивать пуговицы платья на спине. Покончив с последней, опустил ее в постель и, приподняв ноги, осторожно стянул с нее платье. Он оторвал от нее взгляд всего на секунду, только чтобы аккуратно повесить платье на стул.

— Чарли Трумпер, — прошептал он, глядя на нее, — ты слепой, и ты был им ужасно долго.

Откинув покрывало, он уложил Бекки между простынями, как это делали медицинские сестры с ранеными на Западном фронте. Подоткнув покрывало так, чтобы она не свалилась вновь, он наклонился и поцеловал ее в щеку, прежде чем покинуть квартиру.

— Ты не только слепой, Чарли Трумпер, ты еще и глупый, — говорил он, закрывая входную дверь за собой.

— Подойду к тебе через секунду, — сказал Чарли, бросая на весы несколько картофелин, пока Бекки терпеливо ждала в углу магазина.

— Что-нибудь еще, мадам? — спросил он покупательницу в голове очереди. — Может быть; несколько мандаринов? Яблок? У меня тут есть прекрасные грейпфруты, прямо из Южной Африки, поступили на рынок только сегодня утром.

— Нет, спасибо вам, мистер Трумпер, этого будет достаточно на сегодня.

— Тогда с вас два шиллинга и пять пенсов, миссис Симмондз. Боб, продолжай обслуживать следующего покупателя, пока я переговорю с мисс Сэлмон.

— Сержант Трумпер!

— Сэр, — мгновенно отреагировал Чарли, услышав зычный голос. Обернувшись, он увидел прямо перед собой высокого мужчину, прямого, как шомпол, и одетого в твидовый пиджак, кавалерийские брюки из твида и державшего в руках коричневую фетровую шляпу.

— Еще не бывало такого, чтобы я забыл чье-либо лицо, — сказал мужчина, и Чарли так бы и остался стоять с непонимающим видом, если бы не монокль.

— Бог мой, — проговорил Чарли, вытягиваясь по стойке «смирно».

— Нет, «полковника» будет достаточно. — Засмеялся мужчина. — И не надо никаких таких фокусов. Те дни давно уже позади. Так сколько же прошло времени с момента нашей последней встречи, Трумпер?

— Почти два года, сэр.

— Мне казалось, что меньше, — задумчиво произнес полковник. — Вы все-таки были правы в отношении Прескотта, ведь так? И оказались ему верным другом.