|
Разбойное нападение носило ярко выраженный антиукраинский характер – были уничтожены именно те балки, в которых проживали граждане Украины, изорван желто‑голубой флаг на флагштоке, разбит портрет Шевченко на стене в одном из балков, с особой жестокостью избиты рабочие Быченок и Онуфриенко, на которых были одеты вышитые украинские сорочки. После выстрела в Михальченко налетчики скрылись, прихватив с собой повариху Таранчук и жену одного из буровиков, приехавшую навестить мужа из Мукачева. Над женщинами надругались и сбросили их в карьер у железнодорожного переезда.
Весть о бандитском налете разлетелась по всем рабочим поселкам. Полторы тысячи украинцев – основной костяк приморских нефтяников – съехались на грузовиках, автобусах и электричках в областной центр и организовали митинг на площади Дружбы. Инициатором акции протеста выступил помощник бурмастера Антонов. «Это вам в награду за помощь, которую вы оказываете убогой российской экономике?! – патетически вещал потомок попа Гапона с импровизированной трибуны. – Или это месть за самостийность и свободолюбие?! А может быть, это – признак агонии Российской империи?! Они не могут овладеть Черноморским флотом, не в состоянии поработить исконно украинский Крым и потому отыгрываются на беззащитных гражданах?! Москали только на словах гостеприимный и миролюбивый народ! Не верьте, хлопцы, тем, кто станет дурить вам головы, будто это хулиганская выходка!.. Нет! Это – политика! И политика губернатора в том числе. Вас хотят выдворить за пределы России, чтобы дать работу своим. Ту работу, которую Гридин обещал своему электорату, но которую дать не в состоянии!.. Откуда у хулиганов автобусы и оружие? Как им удалось исчезнуть?! Не бойтесь, люди! Шовинизм не пройдет! Пусть вороги захлебнутся в вашей крови!.. Или нам выдадут всех до единого виновников украинского погрома, или мы обратимся в ООН!..» Изобличить и снять с трибуны этого новоявленного анпилова, говорившего глупости, обвинявшего то правительственную политику, то местные власти, то и дело норовившего ввернуть украинское словечко в «пламенную речь», не составило бы труда, но толпа, потрясенная кровавой акцией и смертью соплеменников, анализировать ситуацию не стала. «Разойдитесь! – доносились усиленные мегафонами команды милицейских чинов; «канарейки», «ниссаны», военные грузовики, оцепившие площадь, только распаляли людей. – Митинг не санкционирован! Приказываю разойтись!» В толпу вливались горожане. Над головами появились лозунги «Заслон шовинизму!», «Смерть погромщикам!», «Позор губернатору!», «Хай живе вiльна Украiна!», «Бандитов – к ответу!». На Кипарисной перед зданием администрации шествие встречал мощный заслон из состыкованных автомобилей «Урал» и роты солдат ВВ в касках, вооруженных спецсредством «черемуха» и новейшими телескопическими дубинками из сверхлегкого металла. Из переулка Свободы неожиданно выехал катафалк. Гроб с телом Михальченко, накрытый украинским флагом, поплыл над толпой, по чьей‑то команде транспаранты исчезли – демонстрация превратилась в похоронную процессию. Делегация во главе с Антоновым потребовала, чтобы к людям вышли губернатор и депутаты областной Думы в полном составе. По приказу генерала Дворцова все они были арестованы, после чего Дворцов лично обратился к обезглавленной процессии: «Внимание!.. Приказываю повернуть в переулок Свободы и следовать в направлении городского кладбища! Митинг и шествие у здания администрации запрещаю! Через пятнадцать минут будет отдан приказ о разгоне демонстрации! Пожалейте женщин и детей! Будьте благоразумны и не поддавайтесь на провокацию! Разойдитесь!.. Повторяю: всем немедленно разойтись!..» Рокот негодования прокатился по разъяренной толпе. Снова появились транспаранты. Кто‑то истерично запел «Ще не вмерла Украiна», гимн подхватило несколько сотен голосов. |
