Изменить размер шрифта - +
Ты не обычный телепат. Возможно, это связано с нашей синхронизацией, возможно, в тебе изначально была поломка. В любом случае на абсольвиум тебе плевать, это мы уже знаем. Сможешь ли размотать? Я скорее скажу да, чем нет. Другой вопрос, что будет с тобой после этого. Боюсь представить силу отката».

«Ну вот и всё, ты сказал главное. Могу, — резюмировал я. — Поэтому не собираюсь терпеть, как грёбаные Старейшие ведут себя со мной, будто я вещь».

— Итак… — наконец заговорил Раменский. — Наш телепат решил высказаться сам. Хорошо. Давайте послушаем.

Я глянул на него, стараясь не показать удивления. Надо же, всё так просто. Требовалось всего лишь стукнуть кулаком по столу, и они сразу одумались? Сомневаюсь.

«Всё проще, Псих. Они много лет не видели телепата, тем более взрослого, но прекрасно помнят, что может натворить злой одарённый с такими способностями. Тебе это польстит, они немного подсыкивают».

Я убрал руки со стола. Выпрямился. Сейчас пошла игра по-взрослому. От того, как поведу себя дальше, зависит практически всё.

— Ну, хорошо, — небрежно пожал плечами, — раз послушаете, тогда объясню.

Сел обратно в кресло. Специально не спеша. Пусть подождут.

— Вчера я сам заявил о себе на всю Конфедерацию. Хотя мог бы спокойно отсидеться в уголке…

«Ну ты не перебарщивай, — развеселился Мозгоед. — В каком уголке, если за тобой охотилась куча инквизиторов наперегонки с пристукнутым парнем, у которого завышенное эго и сотня белых курточек».

— По крайней мере, мог точно уйти в тень, и хрен бы меня кто разыскал. Телепату не так сложно стать невидимым при желании, — исправился я, хотя утверждение все равно было на троечку. — Вместо этого вышел на сцену и представился. Сам заявил о себе.

— Мы заметили, — сухо прокомментировала Лозинская.

— Ага. Вся страна заметила. — Я откинулся на спинку. — Так вот, в мои планы точно не входило два года сидеть в каком-то там центре в обществе хрен его знает кого. Понятия не имею, что происходит на вашей этой инициации, но она мне не нужна. дар уже активен. Возможно пока не так силен, как хотелось бы, но инициировать его в любом случае не надо. Не имею не малейшего желания тусоваться в какой-нибудь лаборатории Центра Реабилитации и ждать, пока мне разрешат вернуться к обычной жизни.

— Программа обязательна для всех, — вставил Берг. — Ей уже несколько десятилетий. Все одаренные проходят через Центр.

Он снял очки и посмотрел на меня отеческим добрым взглядом. Искренности ровно на ноль процентов, но играет неплохо. Можно даже поверить.

— Для всех — да. Но я не все, — в моём голосе появилось высокомерие.

Ровно в таком количестве, чтобы убедить Старейших, что перед ними излишне амбициозный парень. Слегка охреневший от свалившегося на его голову Дара, но по большому счету относительно безобидный. Мечтающий только завоевать свое место под солнцем. Всё согласно версии Штиль.

— Вы сами только что раз десять повторили: феномен, беспрецедентный случай, удивительное событие, — я медленно обвел взглядом Совет, — Значит, и правила для меня другие.

Куликов хмыкнул. Громко так, презрительно. Этот медведь никак не мог успокоиться. Его раздутое эго упорно требовало сатисфакции.

— Что ты вообще хочешь, парень? — поинтересовался Назаров.

Спросил спокойно, по-деловому, будто мы сиди на деловых переговорах. Смотрел он на меня внимательно, но без злости или раздражения.

— Шикарное будущее хочу, — ответил я с вызовом. — Мне семнадцать. Три года провёл в интернате для трудных подростков. Не видел в этой жизни ни хрена. Теперь у меня появился Дар, которого нет ни у кого в Конфедерации.

Быстрый переход