– Когда я угрожаю пистолетом и говорю человеку, что я его убью, то знаю, что выполню свою угрозу, потому считаю это правильным. А то устроили какой‑то гнусный театр...

– Хотя... без всего этого цирка он мог и не признаться, – довершил свое размышление Пастух. Боцман сказал:

– Наплюем для ясности.

Тогда Артист, отвернувшись, со злостью сплюнул в окно и тихо сказал:

– А я не играл. Я бы эту мразь и правда огнем палил.

...Вечером Стрельчинского трясло. Он не пошел в бильярдную, посвятив время отстирыванию въедливого, вызывающего тошноту сладковатого, как смертный страх, запаха бензина.

* * *

На второй день пребывания на квартире в Кунцеве Амир попросил Дудчика после завтрака показать ему содержание дискеты.

– Я хочу убедиться, что вы меня не обвели вокруг пальца, как ребенка.

Дудчик включил компьютер, подождал, пока загрузится операционная система, и вставил драгоценную дискету, вызвав на экран огромный список файлов, хранящихся на диске "F".

– Это и есть моя добыча? – спросил Амир с сомнением или, как он уже выражался в разговоре с Пастухом, с «конструктивным недоверием».

– Именно так.

– Как в этом убедиться?

– Вот файл оглавления, – показал Дудчик на строку с надписью «spisok.arh».

– Покажи мне его.

Дудчик создал на «винчестере» компьютера новую «папку» и скопировал туда файл.

Нажав кнопку просмотра, он продемонстрировал Амиру набор совершенно нечитаемых значков.

– Как прочитать?

– Это нетрудно.

Виталий Петрович разархивировал свернутый для экономии места текст. Теперь на экране свободно читался уже знакомый Амиру список разведданных. Кроме названия документа и количества страниц в этом списке присутствовала еще одна колонка – имя соответствующего файла.

– Так просто? Дудчик усмехнулся:

– Если бы это было так просто, вы бы нашли способ заставить меня за какой‑нибудь час расшифровать все данные и уехали с дискетой. А я остался бы здесь – живой или мертвый, но без всяких шансов.

– А этого нельзя?

– Нельзя.

– Так в чем же дело?

– Этот текст был просто свернут, сархивирован, чтобы занимать меньше места. Это стандартная операция, которую знают все. Тут нет никакого шифра – я не шифровал список, потому что он все время пополнялся и постоянно требовался мне в работе.

Это ведь только оглавление. Поэтому я на ваших глазах просто развернул его, вот и все.

– Хорошо, – сказал Амир. – Разверните мне вот этот текст. – Он наугад ткнул в список пальцем.

Дудчик повторил операцию, скопировав и этот файл в собственную «папку». И в первый, и во второй раз Амир внимательно следил за его действиями, запоминая их последовательность. Он убедился, что Дудчик повторил все в точности – обмана не было. Единственная разница заключалась в том, что во втором случае процесс «разархивации» длился несколько дольше – Амир случайно выбрал слишком большой текст.

Снова была нажата клавиша просмотра «F3», но на экране – вместо текста, вместо значков – появились замысловатые символы и криптограммы, не имеющие с письменностью ничего общего.

– Вижу, – сказал Амир.

– Это не доказательство, конечно, – снисходительно сказал Виталий. – Я мог показать вам любой незашифрованный текст, воспользовавшись чуждой ему кодовой таблицей, а вы бы увидели «шифр». Но вы можете пригласить сюда любого своего специалиста‑компьютерщика, и он подтвердит, что не в состоянии прочитать мои тексты.