Парень покачал головой. Одна сторона его рта чуть изогнулась, словно он пробовал на вкус какую‑то желчь.

– Если я вам скажу, вы уйдете и оставите меня в покое?

– Я не могу уйти, пока у тебя ружье, Перри. У меня будут большие неприятности, если я так поступлю. Да скажи мне, чего ты?

Молодой человек несколько раз мигнул. Тяжелая капля пота набухла у него на лбу, медленно потекла к глазам. Конечно, в прачечной было жарко, но не настолько же.

– У меня нет подружки и работы тоже нет. Таковы начальные условия задачи. Пусть X – это студент. Бывший студент. Я собирался делать диплом в Мак‑Гилле. Но только если моя девушка поедет со мной. Пусть Y – моя девушка. Бывшая. Сначала она сказала, что тоже поедет, но потом передумала, уже после того, как меня приняли, когда у меня уже был билет и прочее. Я знал – в этом уравнении что‑то не так. Знал еще до того, как она дала задний ход. Я знал, что все не может быть настолько хорошо. И я оказался прав. Я нашел правильный ответ. Хотя и не понимал, как я его нашел.

– Тяжелая история, Перри, – посочувствовал Бёрк. – Тебе много чего пришлось вынести. Знаешь, не повредит, если ты дашь себе еще какое‑то время, чтобы это пережить.

Молодой человек не обратил внимания на его слова.

– Я собирался поступать в Мак‑Гилл. Мне должны были полностью оплатить обучение. Мне надо было выложить деньги только за учебники и за проживание, а теперь я не могу поехать. Видите ли, это не потому, что она не хотела в Монреаль. Проблема была не в этом. Она меня бросила потому, что спала с парнем, которого я считал своим другом. Обозначим его Z. Стэнли, мой так называемый друг.

Бёрку могло бы показаться, что он добился продвижения: ведь он сделал так, чтобы парень заговорил о себе и о своих проблемах. Но тот говорил без всякого чувства. Он выкрякивал свою алгебру неудач и не хотел, чтобы его отвлекали. Весь этот математический жаргон – как будто его жизнь была просто уравнением с иксами. Из‑за холодности его голоса, из‑за нехватки в нем чувств сердце у Бёрка колотилось вдвое быстрее обычного.

– Черт возьми, Перри. Час от часу не легче. Что ж тут удивляться, что ты сломался. Всякий бы сломался на твоем месте. Тебе надо какое‑то время отдохнуть, дружище. Чтобы как‑то оправиться после всех бед, которые на тебя свалились.

– «Отдохнуть». Я должен был явиться на занятия еще несколько недель назад. Теперь я потерял место. А что касается моей девушки…

– Как ее зовут?

– Маргарет. Хотя все ее зовут Пег.

– Маргарет. Ирландское имя.

Парень не слушал.

– Она крутила хвостом, – сказал он так, словно еще об этом не упоминал. – А это вроде как вводит в уравнение новый вектор. Она была мне неверна. Уже долго, за моей спиной. Она говорит – нет, это началось совсем недавно. Я не могу это доказать, но я знаю, что она лжет. У меня такое ощущение, вот и все. Всюду обман.

К этому моменту парню полагалось бы плакать, но он по‑прежнему говорил этим мертвым голосом – «все кончено», вот что слышалось в этом голосе. Все стиральные машины затихли, кроме одной сушилки, громыхавшей у задней стены. Бёрк услышал, как подъехали и остановились машины: наконец‑то прибыла наша доблестная кавалерия. Вдруг у него мелькнула догадка, проблеск идеи, достойный сотрудника уголовного розыска. Он обвел рукой прачечную:

– Это здесь ты с ней познакомился, Перри? Так вышло, что вы с ней в первый раз встретились именно тут?

– Пятерка с плюсом , – ответил парень и послал ему широкую улыбку.