- О-ля-ля! - с сочувствием заметил маркиз. - Привязанность к молодой деревенской красавице? Милой провинциалке?

- Слава Богу, к ней, - ответил Филипп, чем окончательно расстроил своего друга, рассчитывавшего на более волнующее и захватывающее повествование.

Но маркиз все же счел более разумным сменить тему разговора.

- Филипп, я намереваюсь представить тебя ко двору. Филипп сделал элегантное па. Ему было немного скучно.

- Да? Вероятно, это будет на следующей неделе? Сейчас у меня столько всяких дел.

- Отличные манеры, друг мой. Твой поклон доставит королю огромное удовольствие, - проницательные глаза маркиза слегка прищурились.

- Конечно. Я надеюсь, что король будет польщен оказанным ему вниманием...

- Без сомнения, - протянул маркиз. - Но хочу дать тебе совет, мой юный пожиратель сердец: не заглядывайся на мадам Помпадур.

- Мсье, я уже говорил вам...

- О да. Но теперь же у тебя репутация... отменного сердцееда.

Филипп покраснел.

- Боже! Вы сказали, сэр, что я? Я?

- Нынче ты в моде, - лукаво ответил маркиз. - У тебя большое будущее.

- Но я... - Филипп взял себя в руки и томно продолжил. - Они все так меня утомляют. - И он в доказательство устало зевнул.

- Что? Даже мадам Саливье?

- Дама с париком невероятных размеров... Она весьма недурна, но это пройденный этап, мой дорогой маркиз!

- Господи, ты слишком привередлив! Неужели эта маленькая деревенская пташка столь прелестна?

- Прошу меня простить, маркиз, но я бы предпочел оставить имя этой леди в тайне.

- Или я получу рапирой в самое сердце?

- Это невозможно, - улыбнулся Филипп.

Этим вечером он устроил карточную вечеринку. Играли очень азартно, да и выпито было немало. Филипп немного проиграл, потом немного выиграл и был уложен камердинером спать незадолго до восхода солнца. Когда он проснулся, голова раскалывалась, но он чувствовал себя настоящим мужчиной.

Стоял сентябрь.

Глава VII

В КОТОРОЙ МИСТЕР БАНКРОФТ ПРИЕЗЖАЕТ В ПАРИЖ И СЕРДИТСЯ

В феврале в Париж приехал мистер Банкрофт. Он покинул Литтл Фитлдин вскоре после отъезда Филиппа, потому что Клеона перестала с ним кокетничать. Возможно, ее азарт угас, когда рядом не стало ревнивого влюбленного. Банкрофт выждал, пока о его дуэли не начали понемногу забывать, и вернулся в Лондон. Наконец он появился в Париже, пресыщенный, но тем не менее в поисках новых развлечений. Это случилось незадолго до того, как он снова повстречал Филиппа. Их встреча произвела фурор в парижском свете. При покровительстве своего друга маркиза де Шамбера Банкрофт поселился в особняке герцогини де Могри. Его представили некой мадемуазель де Шошерон, вечно оживленной миниатюрной даме с черными озорными глазами. Мистер Банкрофт был весьма рад стать завсегдатаем ее салона, где встретил двух своих давних знакомых, ибо в Париже он был достаточно известной персоной. Шла обычная беседа. Внезапно мадемуазель воскликнула, радостно захлопав в ладоши:

- А вот и наш маленький Филипп! Как поживаете, маленький англичанин?

К хозяйке быстро подошел, опустившись на колено, хрупкого вида джентльмен, одетый в абрикосового цвета костюм, напудренный, разукрашенный, за которым тянулся шлейф душистого аромата.

- Рад оказаться у столь прелестных ножек, моя госпожа! Она с радостью протянула ему свою ручку. Филипп поочередно поцеловал кончики ее пальцев.

- Где вы пропадали, проходимец?

- Блуждал во мраке, душечка!

- Во мраке дворцовых интриг! - рассмеялся стоящий рядом, граф де Сен-Дантен. - Филипп, не скромничайте, я знаю, что вы плут и проказник!

Филипп посмотрел на него, не отводя губ от руки дамы.

- Вас бессовестно ввели в заблуждение. В чем меня обвиняют на этот раз?

Хозяйка слегка постучала веером по его пальцам.

- Отпустите, наконец, мою руку! Он снова прильнул к ее пальцам.