– Теперь представь, что это могла быть твоя рука, – Блейд пошевелил пальцами босой ноги обрубок, – или шея… – Он поднял голову и в упор взглянул на Кавассу. – Видишь, я говорил правду. И я не хотел тебя оскорбить. Ты и в самом деле прекрасно владеешь мечом.

– И… и все девушки… тоже смогут делать такое? – выйдя из столбняка, Кавасса повернула лицо к бассейну, в котором купались юные амазонки.

– Надеюсь, – слегка покривив душой, их сэнсей пожал плечами. – Посмотрим.

– Ты – демон, искушающий нас загадками и тайнами, – заключила Кавасса. – И будет лучше, если ты покинешь Меот и продолжишь свое странствие.

Она повернулась и пошла к невысоким воротам палестры Гралия шла за ней. Чуть приотстав от подруги, она обернулась и посмотрела на Блейда. «Спасибо, что ты пощадил ее,» – сказали глаза девушки. Взгляд разведчика полыхнул огнем – точь в точь как у голодного волка, учуявшего добычу во мраке полярной ночи.

* * *

Сияющий Лартак появился следующим утром.

– Ну, сын мой, – объявив он, поймав Блейда в дворцовом парке после занятий, – теперь мне есть что показать!

– С радостью готов приобщиться к твоей мудрости… Что, деревянная птица уже готова взмахнуть крыльями?

– Задней их частью, мой друг, задней – как ты и советовал! Собирайся, мы едем в горы!

Через четверть часа они уже двигались к вершине, на которой была высечена статуя Сата‑Прародителя. Блейд ехал на своем белоснежном жеребце, Лартак и его слуги – на смирных кобылках. Тропа оказалась вполне приличной, и лошади могли пройти по ней пара ми.

– Мы доберемся до карниза на уровне локтя святого изваяния, – сообщил мудрец. – Дальше надо будет немного пройти пешком.

– Божественный Сат не возражает против твоих ученых занятий? – улыбнулся Блейд.

– Ни в коей мере! Моя мастерская находится в древних катакомбах прямо над его теменем, и именно там мне в голову приходят самые светлые мысли.

– Думаю, Сат в этом не повинен.

– Может быть, может быть… – глаза Лартака под седыми бровями весело блеснули. – Я думаю, древняя вера принесла меотам немало вреда, однако Сат заповедал уважать знание. Тут ему в здравом смысле не откажешь!

– Что еще он повелел своему народу? Это все где‑то записано?

– Да, конечно! Есть священные книги – в храмах, у жрецов. Кое‑что известно всем, даже рабам заповеди покорности, чистоты крови… В некоторые вещи посвящают только меотов… Но тайная часть неведома даже мне. За этим следят жрецы, и главный из них – наш великий царь Дасмон, десница Сата.

Блейд кивнул, припомнив свои долгие разговоры с Фаррой. Значит, он правильно догадался религиозная традиция Меотиды имела эзотерическую сторону, недоступную чужакам. А самое тайное не знали даже такие мудрые люди, как старец Лартак… Но, возможно, он согласился бы рассказать о том, что жрецы говорят меотам?

Он повернулся к мудрецу, но тот, окинув спутника проницательным взглядом, поднял руку.

– Догадываюсь, о чем ты хочешь спросить. Но сначала скажи: намерен ли ты продолжать свое путешествие или хочешь остаться у нас навсегда?!

– Хмм… – Блейд потрепал пышную гриву своего жеребца. – Меотида – прекрасная страна, отец мой, но рано или поздно я намерен продолжить путь.

– Вот видишь… Тогда тебе лучше не знать всего того, что заповедал Сат своим детям. Если бы ты остался… да, остался, превратившись в одного из нас, восприняв наш образ жизни… Это было бы другое дело.