– Да, мастер!

Ну и правильно! Чем больше, тем лучше! И вообще, с какого хрена я начал возражать? Видимо, иногда память тела и скрытые воспоминания берут верх над моим сознанием. Несколько кругов я пробежал в среднем темпе, а потом мне стало совсем не скучно. Сначала мастер начал кидать в меня небольшие, но увесистые кожаные мячи, набитые крупой. При этом нельзя было сбиваться с ритма. Штук пять пропустил, потом дела пошли лучше. Я уже видел, куда идет замах и вовремя изворачивался.

Мамору заметил прогресс и начал придумывать новые испытания. Например, палка, обмотанная веревкой. Он вращал ее, как меч и я должен был на ходу от нее уворачиваться. Пробежал только половину положенного, а дыхалка сбилась из-за постоянных уворотов и периодических прилетов палкой по башке и по корпусу. Пришлось вспоминать навыки дыхания. Не сразу, но удалось выровняться.

После бега у меня было ровно две минуты отдыха. Я все еще хватал ртом воздух, как рыба, когда Мамору встал передо мной и предложил ударить его ногой по лицу. Реально издевается! Он на две головы выше, а у тела раздолбая понятия о растяжке вообще ноль! Максимум, что я осилил, это махнуть пяткой в ребра. Вполне естественно, что я не попал, зато он схватил меня за пятку и заставил сделать обратный кувырок в воздухе. После еще нескольких неудачных попыток перешли к упражнениям на растяжку.

Не знаю, где этот садист такому научился, завтра точно будут проблемы с походкой. Потом снова он махал палкой, а я уворачивался, но уже устал настолько, что все чаще палка достигала своей цели. Когда после очередного пропущенного удара я упал и остался лежать, он наконец сжалился.

Я валялся на татами и смотрел в потолок, который кружился передо мной, как юла. Даже подташнивало слегка. Болело абсолютно все. Руки, ноги, голова, спина ощущались, как один большой синяк. Старик побрызгал на меня холодной водой, но мне было абсолютно по фигу. Тогда он сел рядом и поднес ладонь к моему лицу. Я закрыл глаза, но чувствовал, где находится ладонь. Чувствовал каждый палец и каждую складочку. Даже не думал, что такое возможно.

Потом понял, что включилось то самое теневое зрение, которым я пользовался в проклятом коридоре. Ладонь светилась нежно голубым, не красным. На душе стало очень спокойно. Боль в отбитом теле стала проходить, голова перестала кружиться. Я даже почувствовал прилив сил. Получается, что великий воин обладает еще и даром целительства? Впрочем, в бою это очень ценное качество. Ладонь перестала светиться. Когда я открыл глаза, его руки надо мной уже не было.

– Ожил? – спросил Мамору, не открывая глаз. Он сидел в позе лотоса и медитировал.

– Вроде, да, – ответил я бодрым голосом, даже для себя неожиданно. – Даже ничего не болит.

– Ты умеешь медитировать? – Мастер открыл глаза и испытующе смотрел на меня.

– Да, но, когда в последний раз пробовал, получилась какая-то хрень.

– И что случилось?

– Я словно летел среди звезд навстречу демону, и он собирался меня поглотить. Я с тех пор еще не пробовал. Собирался, но все никак. Да и боязно немного. Здесь что-то не так.

– Попробуй сейчас еще раз. Я если что подстрахую.

– Хорошо, мастер Мамору.

Я принял нужную позу, закрыл глаза и медленно ровно дышал. Погружаясь в медитацию, я снова увидел черноту космоса и светящиеся вдалеке странные глаза. Я знал, что Мамору рядом, поэтому продолжил медитировать. Чувствуя привычную для медитации легкость, в то же время я не смог полностью расслабиться, не отпускала тревога. Потом я все-таки расслабился и продолжал уноситься в бездну. Внезапно возникла боль в каждой клеточке моего тела и меня словно за ноги выдернули из пустоты, в которую я летел. Резко вдохнув, словно вынырнул из воды, я открыл глаза.