– Что-то серьёзное?

– Да как сказать… – почесал я в затылке. – Тут лучше самому увидеть. Пойдём.

Киска лежала на том же месте и в том же виде. И растерянности в глазах у неё тоже меньше не стало.

– Вот, – зайдя за экипаж, указал я рукой на рысь.

– Ух ё! – замер истуканом боярский сын, таращась на большую кошку. Но ненадолго. Пара секунд и что-то в его образе кардинально меняется. Появляется некая солидность. А когда заговорил, то ещё и почтительность: – Саблеслава Мечеславовна, моё почтение! Рад вас видеть. Всё ли у вас в порядке?

Я удивлённо уставился на Сильнова, не сразу сообразив, за кого он принял Ханну. А сама Киска… Она часто-часто зафыркала. Будто смеялась. Хотя, почему – будто? Вон и в глазах наконец-то вместо испуга появилось веселье.

– Эмм, – промычал я. – Дядь Саш…

Но договорить он мне не дал.

– Так они что, на княгиню напали? – спросил Сильнов. И было в его голосе что-то такое, отчего стало не по себе даже мне.

А вот на Киску не подействовало и она зафыркала ещё чаще и громче.

– Да не княгиня это! – остановил я Александра Сергеевича, который, кажется, уже готов был куда-то бежать и кого-то рубить.

– А кто?

– Ханна. Одноклассница моя.

– Кискер? – удивился боярский сын. И вгляделся в рысь. – Хм. И правда. Помельче и потемнее.

– Р-р-р, – сказала Киска.

– А… А чего тогда? – как-то растерянно спросил меня Сильнов.

– Так получилось, – развёл я руками.

– Мя, – согласилась со мной рысь.

– Так это всё меняет! – неожиданно приободрился Александр Сергеевич. – Нападение на княжью кровь! Нам потом никто и слова не скажет. Надо выдвигаться!

И он побежал отдавать распоряжения воинам.

– Ага, – кивнул я, задумчиво глядя на огромную кошку. – Киска… Хм… Ханна. Ты же видела всё, что тут происходило?

– Мя, – кивнула она.

– Могу я попросить тебя об этом молчать?

– Мя.

– Я понимаю, что это… Как сказать-то?

– Мя-мя!

– Хм…

– Р-р-р!

– Обещаешь?

– Мя-яр, – раздражённо мяукнула рысь и ударила лапой себя по губам.

– А-а-а, говорить не можешь! Ну это может и к лучшему…

– Р-р-р!

– Да не переживай! – улыбнулся я. – Это же не навсегда!

– Мря, – пригорюнилась Киска. Мне даже жалко её стало. Присев на корточки, я аккуратно почесал за пушистым ушком. А рысь неожиданно заурчала. Но длилось это недолго. Видимо, поняв, что именно она делает, Ханна тряхнула головой и возмутилась: – Мя-яр-р!

– Извини! – немного смутился я. – Сейчас выделю людей, отвезут тебя домой. Хорошо?

– Мур, – кивнула она.

– Ну вот и славно, – облегченно выдохнул я. – А у меня ещё дела на сегодня есть.

Тем временем два бойца, прибывших с Сильновым, подошли к экипажу и принялись впрягать в него своих лошадей.

Сам боярский сын о чём-то негромко спорил с Фроловым. Десятник упрямо мотал головой и указывал на разбросанные повсюду трупы. Видимо не хотел нас отпускать. В итоге Сильнов от него просто отмахнулся и снова подошёл ко мне.

– Я с твоими людьми двоих своих пошлю, – сообщил он.