Тело обмякло, изо рта и ноздрей поднялись на поверхность последние пузырьки. За несколько секунд до смерти в голове Алексея промелькнула мысль: "Я видел Киру!", а за ней: "Я это заслужил", а следом: "Жаль не успел выпить... не успел… не успел…»

И всё.

Темнота.

Глава 18

Опять беспокойная ночь, снова кошмарный сон, в котором клубились тучи, сверкали молнии и раздавались тысячи воплей. Во сне Дарья стонала, ворочалась, обливалась холодным потом. Её тело то напрягалось, то расслаблялось, пальцы корябали простынь, собирая её в складки.

После полуночи свалилась с кровати, вскрикнула, распахнула глаза. Минуту-другую сидела на полу, приходя в себя - сознание с трудом выбиралось из грозового кошмара в реальный мир. Поднявшись, Дарья поглядела на часы: сколько удалось поспать на этот раз, час, полтора? Если дальше так пойдёт, то никаких сил не хватит. Да и какой, к чертям собачьим, это отдых? Не сон, а мучение. Проклятые кошмары! Но и явь не лучше. И что теперь? Конечно же - кофе. Много кофе. Как всегда.

За окном пророкотал гром. Дарья вздрогнула, ей захотелось немедленно куда-нибудь спрятаться. От дуновения ветра всколыхнулись занавески, замигала лампа светильника. Дарья зажмурилась, и в голове тут же возник образ Киры, затем Артура, Розы, Виктора, Свина, Алексея.

Открыла глаза. Желание спрятаться исчезло. Дарья подошла к окну, отдёрнула занавески и выкрикнула в ветреную ночь:

- Да пошла ты!

Небо вдалеке озарила вспышка молнии, а через секунду капли дождя забарабанили по металлическому карнизу. Загрохотал гром.

- Ну, давай, гадина! - орала Дарья, вцепившись в край подоконника, - Сделай всё ещё хуже, чем сейчас! Думаешь, я боюсь? Да плевать я на тебя хотела!

Она подалась вперёд и плюнула в дождь, после чего разразилась смехом, в котором веселья не было ни капли. Смех - вызов, смех - оружие.

Молния ударила в землю неподалёку от особняка, струи дождя на мгновение стали цвета расплавленного серебра. Дарья с демонической улыбкой на устах отошла от окна, бросила взгляд на монитор компьютера и решила, что кофе подождёт, сейчас ей невыносимо хотелось выплеснуть злость, которая буквально раздирала душу на части. Можно, конечно, хоть до утра кричать в окно на Грозу, но лучше оторваться на Викторе и Свине.

В подвал она спустилась с травматическим пистолетом и двумя обоймами к нему, и сразу же, не колеблясь, без предисловий, выстрелила четыре раза в Свина и четыре в Виктора, целясь в живот и ноги. Отдача была неожиданно сильной, заныли запястья. К вони испражнений и пота добавился запах пороха.

Свин пронзительно визжал, метался на цепи, размахивал руками, словно намереваясь слепо отбить следующую пулю. Виктор вскочил на ноги, прижимая ладонь к раненому бедру, оскалился. Его запавшие глаза яростно сверкали.

- Ну что, сука рыжая, это всё, на что твоей убогой фантазии хватает?! Давай, пальни ещё раз, повесели меня! Мне понравилось, давай! - он вскинул руки, выпятил грудь, мол, стреляй, смотри какая отличная мишень. - Попадёшь мне в бошку с трёх раз, а?! Спорю на второе ухо - промажешь, сука драная!

Свин, всхлипывая и подвывая, свернулся калачиком на подстилке, прикрыл ладонями голову. Дарья испытывала восторг. Она ощущала себя той самой грозной Снежной королевой из зазеркалья. И даже показная храбрость Виктора сейчас не уязвляла - пускай храбрится, пускай корчит из себя крутого - так даже интересней. Стена его гордости, без сомнения, давно уже покрылась трещинами.

Ну а теперь - вторая обойма!

- В бошку стреляй, в бошку! - хрипел Виктор. - Лучше целься, не промахнись!

В голову она стрелять не собиралась. Сменила обойму, прицелилась Виктору в живот и нажала на спусковой крючок.