Спутники тем временем уже неслись по плато и даже не думали останавливаться. Сашка попытался докричаться до скользящего впереди нордунга:

— Драхм, так мы доедем до самой бездны! Поворачивай! Ты можешь повернуть?

— Куда? — лохмач попытался развернуться к Шаману в пол оборота, но болезненно приложился об лёд рёбрами на очередном ухабе.

— Налево! — крикнул землянин.

— А где это? — наивно вопросил чародей.

От удивления, что волшебник не знает где право, где лево, Саня громко клацнул челюстью.

— Смотри где Мара — туда и поворачивай! — землянин придумал, как указать товарищу курс.

Серебристая пыль тоже не сглупила и ринулась мозолить Драхму глаза с левой стороны. Сквозь мутный слой защитного тумана, курившегося вокруг лохматой головы, нордунг разглядел курсирующее по левой стороне серебристое облачко. Ледяная дорожка с одного края приподнялась и выгнулась в сторону, на манер бобслейной трассы. Скорость по-прежнему оставалась крайне высокой, и на повороте путников мотнуло так, что все внутренности у них съехали в одну сторону.

До каменной брусчатки, ведущей в экзотическую горную пещерку к остальным искателям печатей, ледяные гонщики не доехали всего ничего — метров двести. Пришлось поработать ножками. Увидев на дорожке три неловко мнущиеся фигуры, Сашка почти не удивился. Нес, колдун и Ялка стояли в безопасном отдалении от плато — чтобы не захлестнуло спускающейся лавиной, — и растерянно смотрели по сторонам. Завидев Сашку с нордунгом, девушка и северянин радостно запрыгали на месте. Торрис же просто погасил чары на жезле.

— А вы-то что здесь забыли? — не останавливаясь, бросил друзьям Шаман и мимоходом обозначил, что бежать и говорить придётся одновременно: — Валим, валим, валим!

Остальные устремились за ним вслед.

— Мы всё видели, — принялся объяснять Нес, но запыхался уже на четвёртом слове.

— Куда тебе, — поморщился Шаман, схватил парня за шиворот и взвалил себе на спину.

— Мы видели, как два дня назад утром ворочалась линза, — продолжил северянин как ни в чём не бывало. — Видели, как она выжигала лёд на скале. А на третий день, ну, сегодня с утра, увидели возле той дыры всех волотов! Тогда нам показалось, что произошло что-то странное. Ну а когда ты выбрался из норы в скале, стало ясно, что тебе нужна помощь — вот мы и побежали вниз. А уж там, пока мы неслись, произошли все эти ваши землетрясения, лавины и ледяная горка, — последние два слова парнишка произнёс так, словно говорил о своей самой сокровенной мечте. — Но мы почти успели тебе помочь!

— Молодец, помог, — съязвил Шаман, поправляя рукой сидящего на закорках Неса. — Кто его вообще догадался брать с собой?

— Послушай, иномирянин! — просипел Торрис. — Когда речь идёт о печати — мальца проще посадить на цепь или замуровать, чем не взять с собой.

Неожиданно слева от путников разлетелась вдребезги огромная глыба снега, накрыв их сыпучей порошей. Все искатели как один устремили взоры на плато: гигантская белая волна уже сошла с горы полностью и погребла под собой половину посёлка гигантов. Кругом царили хаос и разруха, повсюду валялись отдельные блоки ледяных иглу, а из сугробов торчали переломанные сосны и ели, сиротливо размахивая на ветру зелёными лапами. Лишь пару хижин ближе к пропасти да мраморная реликвия с огромной линзой избежали печальной участи. А хозяева разгромленного населённого пункта, размётанные лавиной по всем уголкам плато, как ни в чём не бывало выбирались из-под завалов, сгребали в охапки огромные горсти снега и швырялись ими в убегающих вредителей.

— Глянь, как ты набедокурил, — упрекнул Сашка Драхма. — Поделом бы, но если что — всем достанется.