|
Он представил себе, как сигнал поднимается на немыслимую высоту, отражается от антенны космического ретранслятора и возвращается на Землю, точно нацелившись на допотопный черный аппарат, стоящий в прихожей его маленькой квартиры. Когда же наконец станут слышны гудки? Гудков он так и не дождался. Что-то щелкнуло, и Ардиан услышал голос матери — так близко и отчетливо, будто та стояла у него за спиной. — Алло, говорите, — сказала мама. Ардиана будто ледяная иголка кольнула в сердце. Что-то с маминым голосом было не так. Слишком безжизненно он звучал. — Мама, это я! — Он не хотел называть своего имени при хозяевах лавки. — Мама, ты меня слышишь? — Арди? Арди, сыночек, это ты… С тобой же все хорошо, правда? — Да, мама, — заторопился Ардиан. — У меня все в порядке, не волнуйся… А как у вас? Он услышал какой-то странный звук — будто мама всхлипнула. — Мама? — осторожно переспросил он. — Мама, почему ты плачешь?.. — Раши убили, — ответила мама. — Твоего брата убили… Ардиану показалось, что он ослышался. Он застыл с прижатым к уху телефоном, не в силах вымолвить ни слова. Из трубки доносились теперь уже не сдерживаемые рыдания. — Мама, — тупо проговорил он, — я не понял… что ты сказала? — Раши убили, — повторила мама сквозь слезы. — Зарезали на улице сегодня ночью. Он из бара шел, выпил, конечно… а они его ножом прямо в сердце… — Кто «они», мама? — не сдержавшись, крикнул Ардиан. Турчанка удивленно смотрела на него, изогнув тонкие брови. — Ты знаешь, кто это был? В трубке послышалась какая-то возня. Хачкай испугался, не случилось ли чего с мамой, но в этот момент в ухо ему ударил срывающийся голос отца: — Арди, сынок, не возвращайся сюда! Если хочешь остаться в живых, беги как можно дальше! Ты слышишь меня, сынок? — Слышу, папа, — пробормотал ошарашенный Ардиан. — Ты знаешь, кто убил Раши? — Думаю, да, — скороговоркой ответил отец. — Но это сейчас неважно… Главное, тебе нужно бежать. Как можно быстрее и как можно дальше. И не возвращайся в Тирану, если хочешь остаться в живых! Он замолчал. Ардиану показалось, что он видит, как отец утирает платком пот с бледного лба. — Я ничего не понимаю, папа, — пожаловался он. — Почему мне нужно бежать? Кто убил Раши? Те же, кто напал на тебя? — Не имеет значения! — закричал отец. — Делай что тебе говорят! Что-то щелкнуло, и в трубке вновь воцарилась тишина. Ардиан, пошатываясь, шагнул к турчанке и протянул ей телефон. — Похоже, у тебя стряслась беда, парень, — сказала она, забирая трубку. — И сдается мне, что ничего покупать ты у нас уже не станешь. — Простите, — пробормотал Ардиан. Перед глазами закружились разноцветные искры, в ушах стоял звон. — Я не знаю… у меня брат умер… то есть его убили… мне, наверное, надо возвращаться… извините… Он вдруг почувствовал, как чья-то мягкая и очень горячая рука залезла к нему в череп и крепко сдавила мозг. Было не больно, но очень страшно. Последнее, что он увидел, были расширившиеся от удивления черные глаза турчанки. |
