|
Фаулер не даст мне действовать самостоятельно. Да нет, о чем я: он просто не позволит мне поднять голову, Всю работу выполнят его волкодавы, не зря же он тащил их сюда из Вашингтона, округ Колумбия, или где там заседает спецкомитет по борьбе с терроризмом. Возникает закономерный вопрос: должен ли я в создавшейся ситуации вообще предпринимать какие-либо действия? Да, я разработал неплохой план, почти внедрил своего агента в логово врага, придумал способ, позволяющий захватить «ящик Пандоры»… но стоит ли делиться всем этим с майором Фаулером? А если не стоит, то следует немедленно выходить на связь с Ардианом. Пока еще не поздно. Пока он еще не сунулся на виллу к Скандербегу, выполняя свою часть соглашения. Впрочем, он ведь все равно туда сунется. Просто потому, что там его отец. И еще потому, что он собирается отомстить Скандербегу за своего брата… Раздается звонок по внутренней линии. Я вздрагиваю, но это всего лишь Томаш. Бодро рапортует об успехах — все мои распоряжения выполнены, команда в сборе, два бронированных «Хамви» бьют копытами во дворе. — Отставить, — говорю я. Представляю, как у Томаша удивленно округляются его и без того большие славянские глаза, и смягчаю формулировку: — Ждать, ничего не предпринимать. Когда появятся яйцеголовые с Гильермо, немедленно сообщить мне по защищенному каналу. — Есть, — откликается Томаш без особого энтузиазма. Теперь он будет злиться на ни в чем не повинных Шумахера и Мицника — впрочем, без них мы и вправду никуда бы не поехали. Поэтому нельзя сказать, что я уж очень сильно их подставляю. Томаш отключается, и почти сразу же раздается новый сигнал вызова. Опять соловьиная трель — не иначе Хачкай рвется поделиться со мной свежедобытой информацией. Прекрасно, думаю я, протягивая руку к трубке, вот сейчас я и объясню ему, что наша договоренность потеряла свою силу. Не по моей вине, но потеряла… — Лавка Морфея, — произношу я свою часть пароля. И слышу спокойный, уверенный голос, явно принадлежащий взрослому мужчине. Кто бы он ни был, этот мужчина, пароля он не знает. — Простите, — говорит он, — я не знаю, с кем я разговариваю, но этот номер десять минут назад набирал Ардиан Хачкай. Я молчу, лихорадочно соображая, может ли этот звонок оказаться подставой Фаулера. Голос спрашивает: — Прошу прощения, вы говорите по-английски? Я наконец сглатываю твердый комок и уверенно отвечаю: — Да, разумеется, да. Я говорю по-английски. Кто вы и какова цель вашего звонка? На том конце провода — крошечная пауза. Видимо, обладатель голоса никак не может определиться, что ему следует сделать сначала: представиться самому или спросить, с кем, черт подери, он все-таки имеет дело. В неравной борьбе побеждает первый вариант. — Меня зовут Вардо Бразил, — произносит голос. — Доктор Бразил, если угодно. Я друг семьи Ардиана Хачкая. Пожалуйста, скажите мне, с кем я разговариваю? Не с генералом О'Ши? Я хмыкаю. Бывало, меня принимали за другого, один раз даже пытались по ошибке набить мне морду, но вот с боссом не путали еще ни разу. Приятно, черт возьми. — Нет, — скрепя сердце говорю я. Конспирация окончательно летит к чертям. — Это капитан Монтойя. Так случилось, что я тоже немного знаю Ардиана Хачкая. — Великолепно! — с энтузиазмом откликается доктор Бразил. — Теперь у нас есть как минимум две темы для разговоров. |
