|
Когда Горан поднялся со своего стула и вышел из тени, Ардиан невольно вздрогнул. Пальцы его замерли на клавиатуре лэптопа. Горан оказался очень высоким и худым человеком с изможденным лицом. Выглядел он пожилым и нездоровым, но двигался плавно, словно большой старый кот. В правой руке он держал опущенный стволом вниз короткий черный карабин. Он приблизился, и Ардиан заметил, что к уху македонца тянется тонкая серебристая нить, почти незаметная в его седых волосах. Микрофон хэндс-фри, совершенно не сочетавшийся с его простой серой рубахой и деревенского вида широкими штанами, придавал ему несколько комичный вид. Горан произнес что-то на незнакомом певучем языке и чуть повел стволом карабина. Ардиан недоуменно поглядел на отца, но тот уже поднимался со стула, с запинкой отвечая македонцу на том же непонятном наречии. — Он говорит на сербском, — торопливо объяснил он Ардиану. — Хочет, чтобы мы разделились. Нет, ты остаешься сидеть за столом, а я должен отойти к стене и стоять там. Словно в подтверждение его слов, Горан показал карабином, куда именно нужно отойти отцу Ардиана. Ибрагим Хачкай втянул голову в плечи и повернулся к сыну спиной. В ту же секунду на лестнице загремели чьи-то шаги — судя по звуку, в подвал спускался сам Скандербег. И не один, а в сопровождении Петра и скандалистки Хильды. Та уже успела переодеться — теперь на ней были узкие обтягивающие джинсы и черная футболка с зеленоватым фосфоресцирующим черепом. При взгляде на череп Ардиану тут же вспомнились зловещие символы, которыми были записаны команды для управления «ящиком Пандоры». Скандербег о чем-то коротко спросил Горана по-сербски. Тот кивнул в сторону Ардиана. — Ну, парень, готов? — В голосе Скандербега не было угрозы, только неподдельный интерес. Хачкай пожал плечами. — Вроде бы все понятно. А что мне нужно делать? «Если он прикажет, чтобы я испытал „ящик“ на отце, — подумал он мрачно, — я его убью. Не знаю как, но убью. Несмотря на Горана, Петра и эту наглую Хильду. Нет, такого просто не может быть, отец нужен ему по крайней мере до вечера…» — Всего лишь проверить, работает ли эта штука, — ухмыльнулся Скандербег. — Сейчас увидишь на ком. На лестнице снова послышался шум — кого-то волокли по ступеням. Скандербег отступил в сторону, и в подвал ввалились двое волчьеглазых, крепко державших за руки незнакомого Ардиану тщедушного человечка с лицом голодной крысы. Рот у него был заклеен широкой полосой скотча. Никаких сомнений в уготованной человечку судьбе не возникало, и Ардиан испытал мгновенное облегчение — босс не собирался избавляться от отца. По крайней мере, пока. Хильда, которую один из волчьеглазых едва не задел плечом, брезгливо поморщилась и, вытащив из кармана платочек, демонстративно поднесла его к точеному носику. По пути в подвал человечек, видно, обмочился со страху. — Бо, ты не мог найти кого-нибудь более подходящего на роль священной жертвы? — капризно спросила Хильда. Скандербег искоса взглянул на нее, но ничего не сказал. Охранники подтащили человечка к дальней стене тира и теперь привязывали к креслу на колесиках. Жертва сопротивлялась, но как-то вяло — видимо, силы уже покинули ее. — Понял задачу? — почти ласково спросил Скандербег. — Сейчас ты убьешь этого жалкого труса, недостойного называться мужчиной. Ты будешь действовать только тогда, когда получишь мой приказ, не раньше. |
