|
Собеседник босса, по-видимому, тоже. — Допустим, — сказал он наконец. — Допустим, я смогу договориться о вашей встрече. О чем ты будешь с ним разговаривать? — А это тебя не касается, майор. У меня в руках оружие посильнее атомной бомбы. Сдается мне, твой шеф быстрее тебя сообразит, кто здесь заказывает музыку. — Ладно, — уступил лже-Шараби. — Не хочешь — не говори. Но ты же понимаешь, что Хальда потребует доказательств. Ты готов их представить? — Парнишка, которого ты ко мне послал… — начал Скандербег, но собеседник решительно перебил его: — Он сказал, что ты еще не проводил испытания. Это правда? — Да что ты докопался до этих испытаний, майор? Ты что, мне не веришь? — Я хотел бы присутствовать на них, — быстро проговорил лже-Шараби. — Давай договоримся — ты показываешь мне, как работает «ящик», я устраиваю тебе встречу с Хальдой. Идет? — За идиота меня держишь? — возмутился Скандербег. — Хочешь, чтобы я пустил к себе в дом офицера госбезопасности? С этими словами великан неожиданно подмигнул Петру. Ардиан не поверил своим глазам — голос Скандербега звучал грозно, но сам он, похоже, был очень доволен тем, как складывается разговор с майором. — Я буду один, — примирительно сказал лже-Шараби. — И без оружия. Сам же понимаешь — шеф никогда не поверит тринадцатилетнему пацану. А мне поверит. Скандербег решительно шагнул к Ардиану и забрал у него телефон. — Иди погуляй, — велел он. — Нет, майор, это я не тебе! Ардиан спустился с террасы, чувствуя, как бешено колотится сердце. Неужели получилось? Неужели план, придуманный Монтойей за полчаса, сработал? И Скандербега оказалось так легко обвести вокруг пальца? Ему очень хотелось в это поверить. Но он слишком хорошо знал своего босса. «Самый важный вопрос для разведчика — способ связи, — сказал ему капитан. — Тебя обыщут с ног до головы, в этом сомневаться не приходится. И наверняка отберут телефон. Поэтому надо искать другой способ. Способ, который не вызвал бы у них подозрений». На взгляд Ардиана, найденный Монтойей выход был хорош. Нужно было убедить Скандербега в том, майор госбезопасности, занимавшийся делом Джеронимо, горит желанием поговорить с ним о «ящике Пандоры». Если догадка капитана миротворцев об истинных целях Хризопулоса была верна, ночной король Тираны с очень большой вероятностью мог согласиться на переговоры. А дальше Монтойя (или скорее албанец, игравший роль Шараби) вызнал бы время и место проведения испытаний у самого Скандербега… Собственно, именно так все и произошло. Ардиана смущало только одно — ухмылка, игравшая на лице босса во время его разговора с офицером сигурими. Хачкай не мог отделаться от ощущения, что Скандербег играет в какую-то свою игру, и ощущение это с каждой минутой все усиливалось. Эх, если бы была возможность предупредить капитана о странном поведении Скандербега! А еще о том, что на вилле собралось по меньшей мере полсотни вооруженных до зубов головорезов… Конечно, миротворцы тоже кое-что умеют, в этом Ардиан убедился еще при встрече с майором Фаулером, но ведь в отряде Монтойи совсем немного бойцов. Сам капитан говорил что-то о дюжине верных солдат. А значит, на каждого миротворца у Скандербега найдется четверо поднаторевших в уличных боях бандитов… Поглощенный этими мыслями, Хачкай не услышал шагов Петра и вздрогнул, когда черногорец, подойдя сзади, положил ему руку на плечо. |
