После воска по плану гнилоход, водятся они где-то западнее улья, а где точно, подскажет только Кейн. Вельт, спору нет, следы видит лучше, но и Кейн в лесу окажется не в первый раз, выследить добычу тоже сумеет.

Я еще спрашивал про грибы, которые мне показывал Вельт, уж больно интересно их разводить, даже ткнул на карте, где мы нашли их в прошлый раз. Оказалось, они те еще путешественники, могут объявиться буквально на день или два, потом рассыпаются в труху и летят спорами дальше, искать подходящее место.

Почему эти грибы до сих пор не выкосили подчистую весь лес? Для прорастания им нужна прорва питательных веществ, а вдобавок желательна высокая концентрация Основы, и оба условия должны совпасть ровно в той точке, куда упадет спора, ну или кусок гриба. Так что искать их придется наугад, и точно не там, где мы уже встречались. Ничего, попадется пара штук, соберем, увезем с собой и будем разбираться, как их растить и готовить. Заготовка впрок тоже дело тонкое, ботулизм в этом мире еще не открыли, и знакомить с ним деревню в мои планы не входит.

Ну а после гнилохода я попросил Кейна подыскать что-нибудь интересное, желательно по пути, и он пообещал, что интересное обязательно найдет нас само, если будем громко разговаривать в лесу.

Заключительным этапом путешествия станет луковая роща, тоже ближайшая, по удалению от деревни она примерно как заросли шиполиста, только чуть западнее и поглубже в лесу. Кейн торжественно поклялся даже близко к этим деревьям не подходить, так что обниматься с луковицами и плакать над запасами мне предстоит самостоятельно. Вот, собственно, и весь план, остальное будем искать по пути, а что само попадется, тоже соберем. Нужно нам много чего, и не факт, что все влезет, но надеяться на лучшее мне никто не запретит.

— И еще, Рей… — окликнули меня, на этот раз собрание прервал Уль. — Если что, я тогда поэтапно плачу, как договаривались? Все верно?

— А, точно же! — хлопнул я себя по лбу и снял с пояса мешочек с монетами. — Держи. Там достаточно, но это на всякий случай, вдруг мужики будут слишком быстро работать.

— В смысле? — опешил Уль, а заглянув внутрь, и вовсе завис. — Это же… Тут ведь серебро! И золотой вон лежит!

— Говорю же, на всякий случай, — пожал я плечами. — Плати по пятнадцать за человекодень, а рассчитывать я тебя вроде как научил. Надеюсь, не пропьешь, а если и пропьешь, ничего страшного, отработаешь, мне так даже выгоднее, — похлопал я его по плечу.

— Всё! Отставить разговоры! — снова прикрикнул Кейн. — Проверяем поклажу в последний раз и выдвигаемся! Нам до вечера надо успеть к первому месту ночлега, хотя бы до елей!

— Так чего проверять, когда проверено все уже! — забурчал кто-то из работяг.

— Это вы сами проверяли, а теперь мне надо, — пояснил Кейн и направился к ближней телеге. — Вот у тебя тут что?

— Бочки под смолу и узелок с вяленым мясом… Ну и рогожа, чтоб не под открытым небом спать.

— Провизии больше надо, — помотал головой Кейн.

— Так вон, у него вся провизия, — мужик махнул на товарища, и тот действительно набил едой полные бочки.

— А у тебя ее уже слишком много, — вздохнул Кейн, заглядывая через борт. — Стоп, а это что? — он запустил руку в третью бочку, выудил оттуда неприметную бутылку, вытащил пробку и понюхал. — Какой дебил додумался медовуху взять? Зачем она нам в походе?

— Это Рей подсунул! — сразу открестился мужик.

— Зачем? — вопрос повторился, но теперь предназначался мне.