— Выбросили, — Андрей чиркнул ногтем по еле заметной трещинке, рассекавшей наконечник вдоль точно по центру. — Ископаемых тут нету, так что это здешние.

— Или захожие, — возразил Олег, подходя и сбрасывая капюшон. Андрей хмыкнул и носком ноги указал на мелкие кремнёвые чешуйки, разбросанные на протаявшей земле:

— Если и захожие, то они тут были вот — перед самым снегопадом. Эту мелочь сразу мешает с песком, с камешками, а тут вон — поверху лежит, только снежком прикрыло.

— А что это у них наконечники кремнёвые? — удивился Ариец. Андрей улыбнулся:

— Да просто у нас-то аркебузы в основном, а так — встретим Джека, ты посмотри: у него три четверти наконечников и есть кремнёвые самоделки.

— Не обращал внимания, — признался Олег. — Значит, не больше недели назад кто-то делал тут наконечники…

— Это и правда могла быть разведка, — раздумчиво произнёс Сергей. — Ну что ж, надо искать дальше.

— Только давайте пообедаем, — предложил Олег, — а то солнышко на ели, а мы ещё не ели.

Мальчишки присели на камнях, подстелив плащи и, развязав мешки, достали припасы.

— Олег, — задумчиво сказал Андрей, жуя кусок сушёного мяса, — когда тебя Ленка спать укладывает — она тебе косы расплетает, или как?

— Поговори, — спокойно буркнул Ариец, откидывая за спину очень стильные косы, заплетённые на висках. — Жуй вон… пока есть чем.

Сергей, пользуясь правой рукой, левой рассматривал, вертя в пальцах, всё тот же наконечник. Выходы красного кремня были тут везде. А вот откуда пришёл и куда ушёл человек — поди пойми…

— Пойдём, покажешь.

Юджин просил уже не первый раз, и я, покосившись на него, промолчал. Но янки не отставал:

— Сергея ведь нет, кто тренировать-то будет?!

— Тебе мало утренней тренировки? — не выдержал я.

— Мало, — честно сказал американец. После той осенней истории он превратился в фанатичнейшего фехтовальщика и добился уже немалых успехов. — Ну пойдём, а?

Под слегка ироничными взглядами, стараясь не обращать на них внимания, я подхватил перевязи и первым заспешил к выходу. Вслед мне Басс беспощадно пропел:

— Я специальность себе выбрал по наследству —

Стать учителем не думал, не гадал.

Я всяких ужасов боялся ещё с детства…

…Снаружи был тёплый ветер, сырой, он слизывал снег на пару с вылезшим солнышком — совсем весна, не январь никакой. Я положил на камни снаряжение, сбросил куртку. Юджин, помедлив, потянул за шнуровку своей куртки, но я усмехнулся:

— Не стоит… Ну, что показать-то?

— Атаки на оружие, — он шмыгнул носом.

— Ты батман разучил? — я несколько раз полоснул воздух клинком.

— Батман и контр-батман, — готовно кивнул он.

— Тогда смотри, вот фруассе… Шестое соединение…

— Шестое?.. А, ага… Так?

— Так, так… Ооопп!

Юджин удержал палаш, но сам развернулся в сторону толчка. Вернулся на место и потребовал:

— Ещё раз.

— Это просто, — усмехнулся я, повторяя толчок медленно. — Главное — угол соприкосновения клинков поострее… Давай ты… хорошо!

Мы немного поиграли клинками. Юджин неожиданно спросил:

— Послушай, а почему ты любишь поединки? Ребята рассказывали, что…

— «Рассказывали, что…» — сердито буркнул я.