— Ты не тщеславный, — уверенно сказал Юджин. Я засмеялся:

— Это верно!.. Дело просто в том, что мне нравится процесс. Когда я схватываюсь один на один — всё равно, всерьёз или для развлечения — я ощущаю себя рыцарем. Свои и чужие на меня смотрят. Я, противник — и бог, как раньше говорили. Это непередаваемое ощущение.

— Ты торчок, — определил Юджин. — Адреналиновый наркоман, вроде тех, которые с мостов на резинке прыгают.

— С мостов на резинке? — удивился я. — Это как?

— Привязывают к ногам такую прочную резину, точно рассчитанную, и человек прыгает — с моста или с плотины там… Говорят, интересно.

— Брр! — я передёрнул плечами. — Но ты прав, похоже. В этом.

— А в чём не прав? — насторожился Юджин.

— Что-то там у вас неладное творится в мире, — пояснил я. — Если уж стремление защищать справедливость объясняют адреналиновой наркоманией — что-то не то творится. И моё пристрастие к поединкам отношения к защите справедливости не имеет, Юджин.

— Да я уже понял, что вы… мы, — поправился он, — рыцари. И ничего против не имею, можешь быть уверен… Давай ещё, а?

— Сюда часто ходили за водой, — Андрей, присев на корточки, похлопал ладонью по плоскому камню, удачно выдающемуся над берегом. Сергей огляделся и удовлетворённо хмыкнул: теперь он отчётливо увидел поднимающуюся на откос тропинку.

— Ходили, но последнее время не ходят, — сообщил Олег с середины откоса. — Тут всё оплыло… Я поднимусь наверх? Если лагерь и был, то только там.

— Погоди, сейчас вместе пойдём, — махнул рукой Сергей. — Пошли, Андрей, вставай. Хотя едва ли они ещё здесь. Мне кажется, это всё-таки была разведка…

…Это была не разведка.

Селение располагалось в укромной, защищённой от ветров откосами ложбине. Кажется. Тут тоже стояли типичные вигвамы.

Стояли когда-то. А сейчас стаивающий быстро снег уже обнажил обгоревшие, полуобвалившиеся каркасы жилищ, чёрные пятна на месте кострищ… Мальчишки ощущали ещё не выветрившийся, тяжёлый запах мокрой гари. Похоже было, что тут погуляли негры. Так одновременно подумали все трое, но только в первые секунду. А потом так же синхронно они поняли — отсутствуют основные признаки налёта чёрных. Нет остатков пиршества. Нет тел. Нет разбросанных вещей.

— Сожгли до снегопада, — заметил Андрей. Его взгляд быстро и цепко обегал ложбину. — Тут жило человек пятнадцать-двадцать.

— Бой был, — сказал Олег, успевший пройтись по кустам. — Смотрите, что я нашёл, — он держал на ладони обломок арбалетного болта с кованым крестовидным наконечником и метательный нож. — Если пошарить, наверняка ещё найдётся.

— Давайте поищем хозяев этого места, — чувствуя, как растёт неприятное ощущение, не сказал, а приказал Сергей. — Не могли же всех увести, куда-то дели трупы…

…Трупы нашлись. Их стащили и свалили в распадок у ручья, а с тех пор над ними хорошо потрудились лисы. Тут были десять тел. Подальше нашлись ещё четыре. Две девчонки были распяты между вбитыми в землю кольями. Ясно было, что их изнасиловали, а потом ещё повеселились — развели на животах костерки.