– Хватит! – заорал Генка, краснея пятнами.

– Ты находишь? А я-то сдуру обрадовался возможности описать некоторые биотехногенные чудеса, которые мечтают воплотить в жизнь Ибн-Хаттаб вкупе с Феликсом. И они правы. Нам есть чему поучиться у старших братьев, выведших свою цивилизацию на высший уровень развития!

– Хватит, говорю! Я рад, что тебе тогда удалось сбежать, но там остались мои друзья! И каждый из них был в тысячу раз более достоин звания человека, чем ты!..

Мы продолжали переругиваться, когда ступили на центральную площадь, посреди которой возвышался скелет той самой Лилии Геагамы, похожий на фонтан «Каменный цветок», выполненный из арматуры и старого задубевшего тряпья. Слов нет, бывший живой компьютер города яйцеголовых и в нынешнем плачевном состоянии производил впечатление – хотя бы своими размерами. Его корни тянулись под всем городом, переплетаясь с корнями зданий. И дома, и будущие корабли были автономны, однако куда лучше росли и развивались именно в контакте с Лилией. Строительство любого населённого пункта у яйцеголовых, будь то столица или маленький посёлок, начиналось с её посадки. Только при создании своих крепостей вне городов после Проникновения они изменили обычаю. Лилии растут долго, а времени у ибогалов не было.

– …И есть, и есть чему поучиться! – надрывался Генка. – Вот эти статуи – как они их делают? Неинтересно?..

– Нет! – решительно сказал я. – С этого обычно и начинается: интересно – неинтересно… Если интересно, так надо перенять; перенял одно – надо перенять другое, сказал «а» – говори «б»… И оглянуться не успеешь, как твоя голова начнёт менять форму.

Статуи яйцеголовых в натуральную величину окружали Геагаму, стоя без всякого видимого порядка, как и здания в городе. Мы двинулись в обход площади, чтобы не вихлять между статуй, которые в некоторых местах стояли редко, зато в других – очень густо, и не пересекать пустое пространство перед самой Лилией.

– Одни гранитные, другие – мраморные, – продолжал разоряться Ждан. – А также базальт, диорит и габбро… Материал соответствует положению, которое усопший занимал при жизни. От настоящего камня не отличишь, мы проверяли, но ведь ибогалы и их выращивают! Да вон, видишь, несколько засохших коконов стоят. Если расковырять оболочку, то там будет зародыш статуи – немного меньше, и все черты сглажены… Как они добиваются, чтобы растение, извлекая из почвы минералы, вместо плода образовывало каменный монолит, да ещё сложнейшей формы?

– Ясно, как, – сказал я. – Они хоронят своих знатных мертвяков прямо у подножия Геагамы. Корни сразу же оплетают тела…

– Надо же, какой умный! А воспроизвести процесс ты сможешь?

– На кой ляд мне его воспроизводить? Мне хорошо и без всяких процессов!

– Вот-вот! Сбегал на Старую территорию, набил рюкзак трофеями, дотащил до Харчевни, продал… Гульнул с дружками, потрахался с девками, сбегал на Старую территорию!.