|
. Ну а что ты будешь делать, когда все пригодные к использованию вещи во всех наших старых городах закончатся?
– Отвяжись! Фермером стану. Но буду выращивать кукурузу, а не статуи.
– Фермером он станет! Кукурузу!.. Конечно, фермеры – наше будущее, пьяному ёжику понятно. А как они будут пахать и сеять? Только на лошадях? Промышленности больше нет и не может быть из-за рувимов. Только кустарное производство! Единственный способ возродить цивилизацию – перенимать чужой опыт и технологии, с умом отбирая…
– У тебя что – словесный понос? Сейчас как шваркну об статую!
Коу семенила рядом, с интересом прислушиваясь к нашей перепалке. В руках у неё был арбалет Орекса со спущенной тетивой, за спиной висел колчан со стрелами. Нукуман с утра пораньше задумал познакомить девушку с устройством священного оружия воинов Бога, а заодно и облегчить свою ношу. Сразу арбалет и винтовку ему тащить было несподручно.
– Когда у тебя кончаются аргументы, ты не можешь придумать ничего лучше банальной угрозы физической расправы, – сказал Генка.
– А когда угроза не действует, я приступаю к расправе, – ответил я. – Коу, будь добра, стукни этого умника арбалетом!
– Она не станет этого делать. Она умная девочка.
– А ты кретин! Нашёл чем меня попрекнуть – тем, что я трофейщик! А чем, по-твоему, была вся наша цивилизация, как не одной большой компанией трофейщиков? Чем была для человечества Земля, как не бесхозным городом, в котором собраны богатства, не нами заготовленные? Кто-нибудь думал, что произойдёт, когда они закончатся?
– Представь себе, многие думали!..
– …но нихрена не делали! – перебил я.
– …и делали!!! – проорал Ждан, размахивая автоматом. – Но нам мешали…
– Ха! Вам мешали! Ещё скажи, что конкретно ты что-то делал и конкретно ты думал!.. Чёрта с два! Вы только сейчас и начали ворочать извилинами, когда воочию убедились, что во Вселенной ничто не вечно. А раньше подобные тебе занимались в основном ускорением процесса переработки полезных ископаемых в полиэтиленовые мешки, выхлопные газы и всякое электронно-пластмассовое говно!
– Потише, ребята, – сказал Бобел. – Я ничего не слышу кроме вас.
– Понял, дурень? – обратился я к Генке. – Заткни рупор! Иначе все здания в городе рухнут просто от сотрясения воздуха.
– Что ж, часть сказанного тобой соответствует действительности, – сказал Ждан значительно спокойнее. – Но это как раз и доказывает, что овладение биотехнологиями людям жизненно необходимо!
– Это доказывает лишь то, что ты идиот! Какая разница, какие технологии будут использованы, если в итоге планету всё равно выжмут как лимон? Ты на месте умерших городов яйцеголовых бывал? Не таких, как вот этот, а мёртвых давно? Там же ничего нет кроме трухи и чёрной пыли, которую ветер разносит по окрестностям, а на старых полях земля истощена так, что на них не в состоянии расти даже ползучая колючка! Сколько вулканов Додхара родилось точно на месте погибших Лилий, которые при жизни продырявили земную кору насквозь своими чёртовыми корнями? Стоит где-то там, далеко внизу, возбурлить магме, как она проходит вверх по готовым туннелям и выплёскивается наверх сразу на огромных площадях через всю бывшую корневую систему города! А если всё спокойно и никаких извержений нет, по этой же давно сдохшей системе уходят вниз грунтовые воды и утекают неизвестно куда целые реки!
– Наша первоочередная задача – не повторять чужих ошибок, – ответил Генка. – Не прогресс душить, не исследования запрещать, а учитывать чужой печальный опыт. |