Тотигай уставился на меня бешеными глазами, скаля клыки и тяжело дыша. Осознав, что правда на моей стороне, он отошёл в сторону, по пути полоснув когтями по стволу ближайшего дерева, сел и начал вылизывать шкуру на боку, опалённую слишком близко прошедшим разрядом.

Подошёл Орекс. Он встал перед ибогалом широко расставив ноги, опираясь на свою длинную винтовку точно на посох.

– Как тебя зовут, существо? – спросил он тоном, не предвещавшим нашему пленнику ничего хорошего.

Яйцеголовый медленно поднял голову и взглянул на нукумана с такой ненавистью, что она могла бы расплавить гружёный металлоломом железнодорожный вагон. У него было по-человечески красивое лицо, которое портило только змеиное выражение, характерное для всей расы и обусловленное формой черепа.

– Не хочешь говорить, – вздохнул нукуман. – А ведь придётся. Вставай, существо! Нам некогда – нужно позаботиться о воине Бога, которого ты ранил, и о том достойном человеке, который был вместе с ним.

Ибогал не пошевелился. Он лишь отвёл взгляд от Орекса, чтобы окатить ещё одной порцией немой злобы меня. Тотигай подошёл сзади и яростно зарычал, горячо дохнув пленнику в затылок, который оказался почти целиком в его пасти. Яйцеголовый медленно поднялся, держась рукой за укушенную шею.

– Вот так лучше, – одобрил Орекс. – Иди и радуйся возможности насладиться последними шагами по этой земле. Тебе их осталось сделать совсем немного.

Бобел, не принимавший участие в погоне, успел перевязать раненого нукумана. «Достойный человек» по-прежнему лежал под деревом без видимых признаков жизни. Я разрезал верёвку и перевернул его на спину. Это был парнишка лет шестнадцати, и он был без сознания.

– Разобьём лагерь впереди по тропе, подальше от этого кладбища ибогальской падали, – предложил Орекс, кивнув в сторону трупов. – Мы тут управимся, а ты забери Коу.

Я отправился назад, напрямую через лес, и обнаружил девушку в точности там, где мы её оставили. Видно, в плане послушания она была не совсем безнадёжна, и я поспешил её похвалить.

– Пойдём, детка, – сказал я. – Мы убили всех злодеев, о которых тебе так много рассказывали. Один ещё жив, но это ненадолго. И нам удалось освободить человека. Надеюсь, он не окажется в том же состоянии, что и ты.

Вернувшись, я обнаружил, что паренёк пришёл в себя. Поверх одежды на нём был грубый плащ с капюшоном.

– Кто ты? – спросил я.

– Послушник Ордена Святого Иофама, – ответил он несмело. – Наш монастырь находится в горах, в двух днях пути отсюда.

– А кто такой Иофам? – решил я на всякий случай расширить свой кругозор. – Древний святой или современный?

– Иофам – единственный! – с горячностью воскликнул паренёк, но тут же спохватился, что я не в курсе, и сбавил тон: – Это великий пророк, посланный Иисусом в Новый мир, чтобы открыть людям тайну Проникновения!

Увидев, что сказанное не произвело на меня ожидаемого действия, он хотел ещё что-то добавить, но я его остановил:

– Не стоит, малыш. Я был лично знаком с Иисусом, Магометом, двумя Буддами и другими замечательными людьми. Не знаю, сколько было правды в их рассказах о самих себе, одно могу сказать – все они плохо кончили. Как тебя зовут?

– Соломон.

– Хорошо. Скажи, Сол: те яйцеголовые, что держали вас в плену, – они говорили меж собой о своих планах? Ты знаешь их язык?

– Нам запрещено изучать наречие приспешников сатаны, – ответил он.

Из ответа следовало, что его клан не считает ибогалов нашими братьями, и это уже обнадёживало.