— Ты не понимаешь, что натворила, девочка моя. Перед тобой — закаленный воин. Он не понимает нашего языка. Одет иначе, носит неведомые татуировки. И эти знаки… Я прежде таких письмен не видывал. Подозреваю, что он из-за Океана приплыл. А это очень и очень плохо.

— Почему? — удивилась Айя.

— За такими, как он, — смотритель посмотрел прямо в глаза дочери, — обычно охотятся жнецы. Наш король, как тебе должно быть известно, убивает всех, кто явился с другого материка.

— Думаешь, он с Тверди?

Йэлек пожал плечами.

— Я не знаю.

Некоторое время оба молчали. Каждый думал о своем. Айя была неглупой девушкой и понимала, что может навлечь опасность на семью. Чужак был ей симпатичен, хотя и имел неприглядный вид. Айя представила Бруни в приличной одежде, с мечом у пояса или за спиной. Образ ей понравился.

— Знаешь, — сказал смотритель маяка, — в нашем королевстве никогда не привечали чужаков. Так было и с твоей матерью.

Айя вздрогнула.

Папа давно не вспоминал о матери. Эти разговоры причиняли ему боль, так что Йэлек предпочитал не ворошить прошлое.

— Она умерла при родах, — продолжил отец, — потому что деревенский лекарь отказался помочь.

Девушка слушала, затаив дыхание.

— Я принял тебя сам. Вот этими руками. Но ее спасти не сумел… Знаешь, о чем я жалею больше всего?

Айя терпеливо ждала.

— О том, что не согласился переехать в ее город. Покинуть эту страну и этих людей. Это… было бы единственно верным поступком.

Отец вздохнул.

И завершил свою мысль:

— Приведем его в порядок. Пусть отдохнет, поест и придет в себя. Дальше — его проблемы. Каждый сам за себя.

На том и порешили.

Бруни задержался на маяке дольше, чем хотелось бы смотрителю. Йэлек понимал, что без нормальной одежды, знания местности, языка и обычаев мореплаватель далеко не уйдет. Если до Бруни не доберутся жнецы, то королевские гвардейцы уж точно снесут голову. Или тандрадианцы скормят одинокого путника своим летающим тварям. Выгнать чужака сейчас означало обречь его на верную гибель.

Пришлось раздобыть страннику подходящую одежду и придумать легенду о дальнем родственнике, лишившемся родителей по воле случая. Немом родственнике, сторонящемся людей и постоянно работающем на маяке.

До Бруни не сразу дошло, как себя надо вести, но в итоге дошло. Мужчина не чурался тяжелой работы, помогал своим спасителям по мере сил. А силы, как заметил Йэлек, у парня были недюжинные. Пришелец столярничал, трудился на земле, делал ремонт на третьем ярусе маяка. И быстро осваивал вакалиш.

Когда Бруни научился более-менее сносно излагать свои мысли, то поведал смотрителю и его дочери свою историю. Как и подозревал Йэлек, мореплаватель прибыл издалека, со второго континента. Народ, к которому принадлежал Бруни, именовал себя Альянсом. Мужчина жил на севере материка, часто ходил в плавания под началом местного «ярла» и торговал с прибрежными восточными королевствами. Приходилось и участвовать в сражениях, причем неоднократно.

В один прекрасный день дракх Бруни попал в сильный шторм. Это случилось западнее Тверди — там, где мореплаватели искали мифические острова, описанные в древних сагах. Обнаружить заповедные земли не удалось, вернуться в родную гавань — тоже. Корабль долго носило по Океану, пристать к суше мореплаватели не могли. Вскоре начала заканчиваться провизия, опустели бочки с пресной водой. Грянул очередной шторм, дракх напоролся на скалы, и Бруни вышвырнуло за борт. Мужчина некоторое время плыл, цепляясь за обломки мачты, его мотало и швыряло, а боги всё никак не желали даровать несчастному смерть. А потом Бруни потерял сознание. И пришел в себя на песчаном берегу, где и встретился с Айей.

Гость нравился Йэлеку, хотя тот и не спешил признаваться в этом дочери.