Вспыхнув от негодования, Пегги позабыла обо всех своих страхах.

— Я и не знала, что обязана спрашивать вашего разрешения, чтобы покинуть комнату!

— Вы не обязаны спрашивать моего разрешения, — поправил Эдвард. — Но могли бы сообщить мне, что покидаете бал. Пегги, это не совсем то же самое, что праздник урожая в Эпплсби. Такие люди, как мои гости… привыкли поступать, как им вздумается. Неумно со стороны молодой женщины бродить одной без сопровождающего, когда эти джентльмены навеселе.

Пегги стрельнула в него глазами.

— Джентльмены! Не уверена, что их правильно так называть! — Увидев, что он ведет ее к Большому залу, девушка неожиданно заупрямилась: — О нет!

Эдвард непонимающе посмотрел на нее:

— Что? Вы еще не готовы вернуться?

— Я… — Пегги в отчаянии подняла глаза. Ей нравилось чувствовать его руку, которая обнимала ее талию, тепло этого полуобъятия. Она боялась, что это ей даже слишком нравится. Не стоит привыкать к вниманию Эдварда. Его не станет в ту минуту, когда до него дойдут слухи. И что делать с пьяным признанием лорда Дерби — что Пегги напомнила ему кого-то? А вдруг, придя в себя, граф вспомнит, на кого именно похожа мисс Макдугал? Пегги сделала легкое нервное движение с целью освободиться, и Эдвард моментально убрал руку, будто от разогретого металла, к которому невозможно прикасаться.

— Мне действительно не следует возвращаться туда, — запинаясь, проговорила Пегги. — Лучше я пойду к себе…

— А-а, — понимающе осведомился Эдвард, — немного перебрали шампанского?

— Да-а, — прошептала Пегги. — Именно. Если позволите…

— Нет. — Эдвард взял ее под локоть. — Я провожу вас до комнаты. — Когда Пегги попыталась протестовать, он вскинул руку. — Ну-ну, вспомните лорда Дерби. Вам же не хочется наткнуться в коридоре еще на кого-нибудь из моих пьяных гостей. Я настаиваю.

У девушки не осталось выбора, кроме как позволить ему отвести себя в Розовую комнату. Они прошли по черной лестнице и никого не встретили по пути. Только когда они оказались у дверей спальни Пегги, Эдвард с интересом спросил:

— А могу я поинтересоваться, по какой причине вы решили навестить оранжерею?

Она взглянула на него. В тусклом свете Пегги могла видеть лишь очертания могучей фигуры своего провожатого, и все выглядело немного пугающим. Девушка вздохнула, ее глаза наполнились слезами.

— Ну же, ну же, — вдруг проговорил Эдвард. Он взял ее пальцами за подбородок и приподнял лицо к свету. — Это что, слезы?

Пегги быстро заморгала. Она стыдилась своей слабости.

— Нет, — прерывающимся голосом возразила она. — Я просто… что-то попало в глаз.

— Не верю. — Эдвард достал из кармана жилета белый льняной платок и промокнул его кончиком уголки блестевших зеленых глаз. — Пегги, в чем дело? Вы можете рассказать мне?

Тронутая теплотой, зазвучавшей в его голосе, Пегги потупила глаза.

— Я не смею, — едва слышно прошептала она.

— Расскажите мне. Разве не я прогнал ужасного священника? И омерзительного лорда Дерби! Может, и здесь я смогу помочь.

— Вы не сможете, — промолвила Пегги и вдруг разрыдалась.

Эдвард был так изумлен, как если бы в замке вдруг разразился ливень. Он тихо выругался, затем, оглядев коридор, потянулся к ее двери.

— Проходите, — скомандовал он. — Мы — я и вы — все обсудим. Прямо сейчас.

У Пегги не было сил протестовать.