* * *

– Итак, как мне называть тебя? – спросил Беллоу, когда телефонная линия снова ожила.

– Вы можете звать меня Тимоти.

– О'кей, – согласился доктор. – Меня зовут Пол.

– Вы американец, – заметил О'Нил.

– Совершенно верно, Тимоти. И те, которых вы удерживаете, тоже американские граждане, доктор Чавез и миссис Кларк.

– Ну и что?

– А то, что я думал, будто вашими врагами являются британцы, а не мы, американцы. Вы знаете, что эти две женщины являются матерью и дочкой, не правда ли? – Ему, несомненно, это известно, Беллоу знал об этом, по этой причине он и упомянул это, словно посвящая его в неизвестную информацию.

– Да, – ответил голос.

– А вам известно, что обе женщины католического вероисповедания, как и вы?

– Нет.

– Так вот, теперь вы знаете это, – заверил его Беллоу. – Спросите их. Девичье имя миссис Кларк – О'Тул, между прочим. Она американская гражданка, ирландка по национальности и католичка по вероисповеданию. Почему вы считаете ее своим врагом, Тимоти?

– Она – то есть, ее муж – я хочу сказать...

– Он тоже американский гражданин, ирландец и католик, насколько мне известно, он никогда не предпринимал никаких действий против вас или членов вашей организации. Вот почему я не могу понять, зачем вы угрожаете их жизням.

– Ее муж является сейчас главой этой банды «Радуга», которая убивает людей по приказу британского правительства.

– Нет, они совсем не такие. «Радуга» является, между прочим, организацией НАТО.

Последний раз, когда мы проводили операцию, нам пришлось спасать тридцать детей. Я тоже был там. Те, кто удерживал их, убили одного маленького ребенка, больную голландскую девочку по имени Анна. Она умирала, Тимоти. У нее был рак, но эти люди не хотели немного потерпеть. Один из них выстрелил ей в спину и убил ее. Вероятно, вы видели это по телевидению. Такой поступок не мог совершить религиозный человек – католик не смог бы сделать такое, убить маленькую девочку, умирающую от рака. А доктор Чавез беременна. Я уверен, что вы видите это. Если вы убьете ее, то как относительно ее ребенка? Это не просто убийство, если вы его совершите. Вы убьете ее неродившегося ребенка, это вроде аборта. Я знаю, что говорит об этом католическая церковь. Вы тоже знаете. И правительство Ирландской Республики тоже знает. Пожалуйста, Тимоти, подумайте о том, что вы угрожаете сделать. Это реальные люди, не абстракции, и ребенок в животе доктора Чавез тоже реальный человек. Между прочим, у меня есть что‑то, что я хочу сказать мистеру Кейси. Вы еще не нашли его? – спросил психиатр.

– Я – нет, нет, он не может сейчас подойти к телефону.

– О'кей, мне нужно уходить. Если я снова позвоню по этому номеру, вы будете там, чтобы ответить на звонок?

– Да.

– Отлично, я снова позвоню вам, когда у меня будут новости для вас. – Беллоу нажал кнопку окончания разговора. – Хорошие новости. Это другой человек, молодой, не так уверен в себе. У меня есть что‑то, что я могу использовать в разговоре с ним. Он действительно католик или, по крайней мере, так думает о себе. Это означает совесть и соблюдение правил. Я смогу поработать с ним, – закончил он трезво, но с уверенностью.

– Но где тот, другой? – спросил Стэнли.